Мартынка

Мартынко с артелью матросов в море ходил, и ему жира была хорошая. Хоть на работу не горазден, а песни петь да сказки врать мастер, дак все прошшали.

С англичанами, с норвежанами на пристанях толь круто лекочет, не узнать, что русский. Годы подошли, взели на военную службу. Послали караульным в стару морску крепость. Место невесело, начальство строго, навеку бедной парень эдак не подчинялся, не покорялся.

Вон оногды на часах у складов и видит: подъехали компания лодкой и учали в футбол играть. Мартына и раззадорило:

– Нате-ко меня!

Ружье бросил и давай с ребятами кубарем летать. В это время комендантова супруга на балкон сели воздухом подышать. Ей от Мартынова пинка мяч в зубы прилетел и толь плотно сел, дак фельшер до вечера бился, добывал.

Мартынку утром суд. Перва вина, что благородной дамы в рот грезной футбол положил, втора вина – с поста убежал. На ночь замкнули в башню. Башня заброшена – хлам, пыль, крысы, паутина. Бедной арестант поплакал, полежал у порога, и захотелось ему исть. В углу стол. Не завалялось ли хоть сухаря в ящике? Дернул вытяжку, есть что-то в тряпице. Развернул,– как огнем осветило – карт колода золотых, на них нельзя насмотреться. А в каземат часовой лезет:

– Тебе с огнем играть!!!

Тут на карты обзадорился, тут сели играть. И видит Мартынко – карты сами ходят, сами на хозяина играют. Часовой арестанту в минуту все гроши продул.

Нас бы с вами на ум, Мартына на дело: «Я этими картами жить зачну».

Часовому долг простил, выгонил его, в потеменки раму вынял, железно прутье вышатал да окном и выпал.

Утром арестанта хватились, а он уже в городе, в порту похаживат. В портерной иностранного кептена присмотрел, ему карты показал. Кептен ум потерял, сел с Мартыном,– не то что деньги, с себя мундир проиграл.

Мартынко говорит:

– За проигрыш перепехни меня за море на своем пароходе.

Вот Мартынко в заграничном городе разгуливат по трактирам да по пивным. Где карты явит, там люди одичают. Мартынко один с барышом. Денег стало черту на печь не закинуть. Тогда загрустил: «Мне это низко, желаю по своим капиталам в высшее общество». Заказал брюки клеш, портянки сатиновы, нанял такси:

– Вези в трактир, куда первостатейны господа ездят.

Ну, завезли в самолучшей ресторан. Зеркала до потолку, посуда, самовары, публика ослепительно одета.

«А что тако,– думат Мартын,– нисколько не совестно за свои деньги…» – Эй, молодцы, бутылку водки!

Чтобы ловкость показать – и штопору не взел, а по-мужицки о долонь половинкой как хватит. Пробка соседке в плешь, водка соседу во что ешь…

Тотчас вся зала заверешшала, налетели господа с орденами в лентах:

– Вон отсюда, невежа! Твое место под забором с бродягами распивать!..

– На свои пью, не на ваши!

– Ты понимаешь, куда забрался? Этта генералитет, а которы есть и министры, чай пить соизволяют. Король приворачиват. Этта рюмка водки рублем пахнет.

Потащили бажоного вон за шиворот. Бажоный затужил:

– Вот как! Вот как!! Набывался в высшем свете.

За прилавок зачалился, карты из-за пазухи вывернул:

– Предлагаю сразиться в картишки.

Эких карт на веку никто не видывал. Льзя ли отказаться? И проиграла почтенна публика и коней, и кореты, и одежду, и штиблеты. Мартынко ихни брюки да сертуки нафталином посыпат да в ломбард отправлят. Далее удоволился, говорит:

– Содвигай столы! Угощаю пострадавших за свой счет!

Этим генералам да профессорам все одно делать нечего. Голой домой не побежишь. У кого дома телефон, позвонили, чтобы костюм послали, у кого телефона нет,– с запиской лакея турнули, а сами сели закусить. Мартынко выпил и отмяк:

– Друзья! Наша игра не более как милая шутка. На фига мне ваши клячи да кареты. Получай обратно ломбардны квитанции. Пущай всяк при своем!

Тут хмель сборол Мартынка. Он поговорил, песенку еще спел да и растянулся на полу. Дежурной генерал с докладом к королю:

– Явился в ресторане субъект, с первого взгляду малостоющий. Выкинул на прилавок необыкновенные карты и этими картами всех до копейки обыграл. Но проигрыши не токмо простил, а и всех собравшихся самолучшим питьем и закусками удоволил.

Король говорит:

– Эта личность где сейчас?

– Где гулял, тамотки и повалился.

Король туда лично пальнул в легковом автомобиле, спрашиват лакеев:

– Где-ка гостя-то положили?

– Они сами под стол удалились.

Мартына рострясли, душетырного спирту дали понюхать, в сознание привели.

Король с им за ручку поздоровался:

– Мимо ехал – и вдруг жажда одолила, не иначе с редьки. К счастью, вспомнил про этот лесторан.

Мартынко осмелел:

– Ваше королевское величие, окажите монаршее внимание с выпитием рюмочки при надлежашшей закуске.

Сказки на поморской говоре

Поиск Лекций

Поморска говоря

Не знать языка своих предков — позор и беда для мыслящего, уважающего себя че­ловека. Говоря — это язык народа поморов, в котором нашли свое отражение практи­чески все диалекты исторического Поморья. Нынешние коренные жители поморского края являются последним поколением, которое ещё слышало живую говорю и способно хотя бы частично понимать её слова и выражения. С уходом из жизни наших родите­лей, дедушек и бабушек, поморское слово может навсегда исчезнуть из памяти потом­ков, превратившись в «язык мертвых». Но на своей земле надо говорить на своем языке. В истории человечества есть примеры, когда народы, потерявшие культуру и язык своих предков, под урозой полного истребления и исчезновения возрождали утраченное и воз­рождались сами. Исторически говоря была языком наддиалектного, межнационально­го общения народов Заволочья и Русского Севера. Поморска говоря является основным носителем исторического этнического сознания поморов, в ней находят свое отражение глубокие культурные традиции и непростая история коренного населения Поморья. Го­воря относится к группе восточнославянских языков, возникших в 11-12 вв на древне­русской лингвистической основе.

Поморский язык не должен исчезать хотя бы потому, что он несомненно старше так на­зываемого «литературного» русского языка. Говоря — это язык старообрядцев поморско­го толка и соловецких монахов, язык ремесленников и промышленников, сказочников и первопроходцев Сибири и Арктики.

Поморска говоря — это язык древних былин, песен и сказок, язык празднеств и быта нашего поморского народа: онежан, мезенцев, пинежан, каргопольцев, шенкурян и всех наших земляков, не забывших свои родовые корни. И пока есть люди, знающие, что имен­но они являются хозяевами своей земли и сознательно называющие себя поморами, этот язык будет нужен.

Голоменой царь

Во досюлишны-от веки, во которы-то давношни леты, унесло во пылко морьско голомё коць с кулояна. Било море их цетвёры воды, а на петой-от день тиха пала, погодьё. Омал-талиссе кулояна, гленули — тако лосо на мори, вода кротка, одаль каменна луда, а серёд­ка луды трои полохола сидят — шолнцё, ветер да мороз. Меж има котора идет: которой из их большак на мори?

Увидали трои полохола кулоян-от, ко луды коць потташшили, оприколили, крицят:

— Сказывайте скоре, которой меж нама самой могутной на мори? Которого нарецете,
тот из нас на голомено царьство настанет.

Кулояна не долго меж собою поредили, да и ответ держат:

— Вы все трои могутны, а большак-от у вас один — ветер. Он и есь голоменой царь.
Тут мороз осердилссе, пал на кулоян, хотел застудить-заморозить.

А ветер им:

— Не бойтиссё, я дуть не стану, дак мороз без ветру не порато морозлив.

Не стал дуть ветер, мороз окротел, пошшипалл-пошшипал, да и оступилссе от кулоян. А тут шолнцё взъерилоссе, стало жгать да жарить. А ветер опеть затёшшат:

— Не бойтиссё, я подую, дак с ветерьём-от шолнцё не порато жарит.

Пал ветер на лосо море, шолнцё и оступилоссе. Ветром оттулило коць от каменной луды. Поднели кулояна на поветёрь парус, да скорёхонько ко дому-то и добежали. А ветёр-от и взаболь на мори могутне всех — он-от над веема вёрьхову дёржжит.

Медвёть на кулиги

Летом насекла бабка в лесу дрофф, да во костёр-от на кулиги их склала. Зимой бабка за тема дровама в лес покатила. На кулигу-то въехала, гленула: на-ко, цего элако? На ко-стру-от медвёть сидит! Мырьё ко бабки поворотил, глазишша выкатил, пассь рашширил, да как рёвкнет:

— Порато я иесь хоцю, а выть-от сама пришла.
А бабка ему отвецят:

— Я те не выть, да не павыть. Много-ле в бабки мяска-то, одно, быват, коесьё. Не ешь
мя, дак дам те крепышку на верьхосытку.

Медвёть-от согласилссе, свёрзилесе во сумёт:

— Забирай дрова!

ПОМОРСКАЯ СТОРОНА

А бабка скорёхонько полешка на цюнки склала, да домой свезла.

Топит бабка пецьку, обредню ведет, пироги пецёт. Да долго-ле коротко, истопила все дрова, избу застудила, нать опеть в лес-от ехать.

Поехала бабка. Выёжжат ко кулиги, а медвёть на костру сидит. Мырьё ко бабки пово­ротил, пассь рашширил да как рёвкнет:

— Порато иссь хоцю, а выть-от сама пришла.
А бабка ему отвецят:

— Я те не выть, да не паныть. Много-ле в бабки мяска-то, одно, быват, коссьё. Не ешь
мя, дак дам те ишша тёплышку на верьхосытку.

Медвёть-от согласилссе, сверзилссе во сумёт:

— Забирай дрова!

А бабка скорёхонько полешка на цюнки склала, да домой свезла.

Топит бабка пецьку, обредню ведет, пироги пецёт. Да долго-ле кротко, истопила все дрова, избу застудила, нать опеть в лес-от ехать.

Поехала бабка. Выёжжат ко кулиги, а медвёть на костру сидит. Мырьё ко бабки пово­ротил, пассь рашширил да как рёвкнет:

— Порато иссь хоцю, а выть-от сама пришла.
А бабка ему отвецят:

— Я те не выть, да не павыть. Много-ле в бабки мяска-то, одно, быват, коссьё. Не ешь
мя, дак дам те потомбалку на верьхосытку.

Медвёть-от согласилссе, сверзилссе во сумёт:

— Забирай дрова!

А бабка скорёхонько остатни полешка на цюнки склала, да весь костёр-то и концилссе, дрофф нема. А медвёть во сумёту осталссе сидеть.

Топит бабка пецьку, обредню ведет, пироги пецёт. Долго-ле-коротко, серёдка ноци цюет бабка, медвёть пришёл. Торкат во ободворенку:

— Отворяй бабка вороцця, порато иссь хоцю. Отдавай ме наперьво по обвету крепыш-
ку.

А бабка отворять и не думат. Избяны вороцца ишша крепце затворила, вертушок заце­пила, да и отвецят:

— Крепко-крепко у мя вороцца заперты, вот те и крепыш ка.
Медвёть ерицце:

— Отдавай тогды по обвету тёплышку.

А бабка на пецьку повалилассе да и крицит:

— Тепло-тепло у мя на пецьки, вот те и теплы шка.
Медведь ишша пушше ерицце:

— Отдавай тогды по обвету потомбалку. Неоддашь обветно, дак како потом бабка
в лес-от поедешь? Я ведь съем тя.

А бабка отвецят:

— Потом бабка в лес не поедет — дрова-то я все свезла. Вот те и потомбалка.
Медведь ишша поторкалесе, да порато вороцця у бабки крепки. Так и воротилесе

на лесну кулигу, со стыдом как с пирогом.

Рекомендуемые страницы:

Повести и рассказы

hide Table of Contents

  1. Борис Шергин Повести и рассказы
  2. ОТ АВТОРА Запечатленная слава
  3. ОТЦОВО ЗНАНЬЕ
  4. Двинская земля
  5. Детство в Архангельске
  6. Миша Ласкин
  7. Мурманские зуйки
  8. Рождение корабля
  9. Новоземельское знание
  10. Новая Земля
  11. Евграф
  12. Для увеселенья
  13. Поклон сына отцу
  14. ИЗЯЩНЫЕ МАСТЕРА
  15. Лебяжья река
  16. Дождь
  17. Устюжского мещанина Василия Феоктистова Вопиящина краткое жизнеописание
  18. Пафнутий Анкудинов
  19. Марья Дмитриевна Кривополенова
  20. Соломонида Золотоволосая
  21. Виктор-горожанин
  22. ПОСЛОВИЦЫ В РАССКАЗАХ
  23. Плотник думает топором
  24. Собирай по ягодке – наберешь кузовок
  25. Сказка скоро говорится, дело мешкотно творится
  26. У АРХАНГЕЛЬСКОГО ГОРОДА
  27. Егор увеселялся морем
  28. Ваня Датский
  29. Мимолетное виденье
  30. Митина любовь
  31. Рассказ Соломониды Ивановны
  32. Старые старухи
  33. Аниса
  34. Володька Добрынин
  35. ГОСУДАРИ-КОРМЩИКИ
  36. РАССКАЗЫ о кормщике Маркеле Ушакове
  37. Мастер Молчан
  38. Рядниковы рукавицы
  39. Кошелек
  40. Ворон
  41. Художество
  42. Ничтожный срок
  43. Видение
  44. Ушаков и Фома Кыркалов
  45. Достояние вдов
  46. Долг
  47. Понятие об учтивости
  48. Маркел Ушаков и Василий Кекин
  49. Треух
  50. Вера в ложке
  51. Пиво
  52. Ушаков и Яков Койденский
  53. Кондратий Тарара
  54. РАССКАЗЫ о кормщике Устьяне Бородатом
  55. Чудские боги
  56. Слово кормщика
  57. Русское слово
  58. Устьян и купец
  59. Устьян и олени
  60. РАССКАЗЫ про старого кормщика Ивана Рядника
  61. Диковинный кормщик
  62. Вопрос и ответ
  63. Павлик Ряб
  64. Рядник и тиун
  65. Иван Рядник говаривал
  66. МОРСКОЙ УСТАВ ЖИВУЩИЙ
  67. Корабельные вожи
  68. Грумаланский песенник
  69. Круговая помощь
  70. Грумант-медведь
  71. Общая казна
  72. Болезнь
  73. По уставу
  74. «Устьянский правильник»
  75. О хмелю
  76. ДРЕВНИЕ ПАМЯТИ
  77. Прение живота и смерти
  78. Любовь сильнее смерти
  79. Гнев
  80. Гость с Двины
  81. София Новгородская
  82. Феодорит Кольский
  83. Ингвар
  84. БЫЛИ
  85. КРОТКАЯ ВОДА
  86. В относе морском
  87. Матвеева радость
  88. Золотая сюрприза
  89. Офонина бабушка
  90. Пуговка
  91. Как Федосья Никитишна у Ленина была
  92. СКАЗЫ
  93. Слово о Москве
  94. Слово о Ломоносове
  95. Пинежский Пушкин
  96. Пушкин Архангелогородский
  97. СКАЗКИ
  98. ШИШ МОСКОВСКИЙ
  99. Шишовы напасти
  100. Куричья слепота
  101. Шиш и трактирщица
  102. Шиш приходит учиться
  103. Шиш складывает рифмы
  104. Праздник Окатка
  105. Бочка
  106. Шти
  107. Тили-тили
  108. Шиш пошучивает у царя
  109. Золоченые лбы
  110. Судное дело Ерша с Лещом
  111. Дивный гудочек
  112. Пойга и Лиса
  113. Волшебное кольцо
  114. Мартынко
  115. Данило и Ненила
  116. Пронька Грезной
  117. Варвара Ивановна
  118. СЛОВО УСТНОЕ И СЛОВО ПИСЬМЕННОЕ
  119. Беседные очерки
  120. ИЗ ДНЕВНИКОВ
  121. СЛОВАРЬ поморских и специальных слов и выражений, объяснение собственных имен
  122. «МОЕ УПОВАНИЕ В КРАСОТЕ РУСИ» Б.В. ШЕРГИН (1893-1973)
  123. – 1 —
  124. – 2 —
  125. – 3 —
  126. Примечания

Борис шергин сказки

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *