Значение науки о Священном Писании Ветхого Завета

Значение Ветхого Завета и необходимость его изучения ясна уже потому, что он, как и Новый Завет, является Божественным Откровением, переданным на человеческом языке, применительно к человеческому разумению. Ветхий Завет предуготовляет к Новому и органически, тесно с ним связан. Христианство при своей небесной первооснове явилось в мире не отдельно от исторической жизни. Ветхий, древний Завет Бога с человеком, проходивший чрез всю Библейскую историю, вел к Новому Завету, приуготовлял человечество к явлению Спасителя.

Святитель Василий Великий говорит:

«Домостроительство нашего спасения, сообразуясь с духовным зрением человека, выросшего во тьме, вводит нас в великий свет истины после постепенного к нему приобщения, потому что щадит нашу немощь. …В глубине богатства Своей премудрости и в неисследованных судах разумения предначертал Бог для нас легкое и к нам применил руководство, приучал сперва видеть тени предметов и в воде смотреть на солнце: чтобы приступив вдруг к созерцанию чистого света, мы не ослепились. На таком основании даны законы «имый сень грядущих благ» (Евр. 10, 1), и предъизображения у пророков — эти гадания истины, для обучения очей сердечных, чтобы удобным для нас сделался переходом от них к премудрости в тайне сокровенной».

блаженный Феофилакт Болгарский

Ветхий Завет есть как бы первая глава книги Откровения, а Новый — её вторая глава, и как нельзя понимать книгу, начиная чтение её второй главы, так невозможно получить полное христианское знание без изучения Ветхого Завета. Читая Ветхий Завет, мы убеждаемся, что есть единый, живой, всемогущий, всеблагий, святейший Бог: мы узнаем, что человечество есть единая нравственная семья, произошедшая от одного родоначальника — Адама, и что есть единая мироправящая воля Божия, в исполнении которой заключается спасение для человека. Читая затем Новый Завет, мы видим, что эти же истины Ветхого Завета, только углубленные и освященные явлением Бога во плоти и совершенным Им делом спасения, лежат в основе и Нового Завета, который представляет продолжение, дополнение, раскрытие и завершение Ветхого Завета. Об этом учит Господь наш Иисус Христос, апостолы и отцы Церкви.

Нравственное учение Христа Спасителя предъявляет к человеку большие требования, чем закон, данный через Моисея, но противоположности между тем и другим нет; сущность их одна — любовь к Богу и человеку. Различие заключается лишь в степени нравственных требований и оно объясняется тем, что Ветхий Завет имел дело с душами, не возрожденными Христовою благодатью, сердцами грубыми и неразделенными словом Божиим. Если бы в самом начале истории нас встречала полная чистота, непорочность и совершенство, тогда не было бы и надобности в длинном процессе божественного воспитания, поправления духовного исцеления человечества. Библейские сказания повествуют как о добродетельных, так и о порочных лицах. Беспристрастное указание священных писателей на темные стороны жизни библейско-исторических деятелей служит доказательством того, что библейские сказания — не произведение человеческого гения, но написаны под вдохновением Духа Божия. А поскольку это так, то изучение Ветхого Завета имеет и нравственно-воспитательное, спасительное значение. О Моисее, писателе первых пяти библейских книг, святой Иоанн Златоуст говорит, что он излагает историю мужей великих, совершавших добрые дела, чтобы повествование об их жизни служило для потомков добрым наставлением. Он же представляет не только совершивших добрые дела, но и согрешивших, чтобы мы одним подражали, а других избегали, и чрез то преуспевали в добродетели и усердии.

Разделение священных книг по содержанию

По своему содержанию книги Священного Писания Ветхого Завета разделяются на четыре отдела: законоположительные, исторические, учительные и пророческие.
Законоположительными книгами Ветхого Завета называются книги, в которых заключаются основные законы нравственной и религиозной жизни ветхозаветного Израиля, как в церковно-религиозном, так и гражданско-политическом отношении. Таковыми являются пять книг Моисея:
Бытие
Исход
Левит
Числа
Второзаконие.
Исторические книги Ветхого Завета заключают в себе историю политической и, главным образом, церковно-религиозной жизни ветхозаветного Израиля.
Таких книг 19:
Иисуса Навина
Судей
Руфи
четыре книги Царств
две книги Паралипоменон
первая книга Ездры
Неемии
вторая книга Ездры
Товита
Иудифь
Есфирь
три книги Маккавейские
третья книга Ездры
Учительные книги содержат в себе учение ветхозаветной Церкви о предметах веры и нравственности.
Этих книг 7:
книга Иова
Псалтирь
Притчей Соломоновых
Екклезиаст
Песнь Песней
Премудрости Соломона
Премудрости Иисуса сына Сирахова.
Пророческие книги содержат предсказания о судьбах человечества, в особенности о Спасителе — Мессии, Его Церкви и тайне искупления. Этих книг 19:
книги четырех великих пророков:
Исаии
Иеремии (с прибавлением — Плач Иеремии, послание Иеремии, книга пророка Варуха)
Иезекииля
Даниила
и книги двенадцати малых пророков:
Осии
Иоиля
Амоса
Авдея
Ионы
Михея
Наума
Аввакума
Софонии
Аггея
Захарии
Малахии

Понятие о книгах канонических и неканонических

По сравнительной важности к достоинству своего содержания священные книги разделяются на канонические и неканонические; слово «канон» — греческое и соответствует русскому «правило». По отношению к священным книгам название «канонические» указывает на то, что они, как написанные по откровению от Святого Духа, содержат в себе непреложную истину и потому в своем содержании представляют неизменные правила веры и нравственности. Неканоническими же книгами Священного Писания называются книги, которые, хотя написаны благочестивыми мужами, но не богодухновенны и потому не могут служить во всем своем содержании неизменным правилом веры и нравственности и определениями Церкви не внесены в список священных богодухновенных книг. Книги эти, однако, приняты христианскою Церковью, как книги назидательные и полезные в стяжании благочестия.

В Ветхом Завете канонических книг по заглавиям существует 39, но при каноническом счислении, из уважения к традиции, идущей от ветхозаветной Церкви, некоторые книги соединяются с другими и каноническими книгами считаются 22.
Книги эти следующие:
Бытие
Исход
Левит
Числа
Второзаконие
Книга Иисуса Навина
Книга Судей и книга Руфь
Первая и Вторая книга Царств
Третья и Четвертая книга Царств
Первая и Вторая книга Паралипоменон
Первая книга Ездры и книга Неемии
Книга Есфирь
Книга Иова
Псалтирь
Книга Притчей Соломоновых
Книга Екклезиаста
Книга Песнь Песней
Книга пророка Исаии
Книга пророка Иеремии с книгою Плач Иеремии
Книга Пророка Иезекииля
Книга пророка Даниила
Книга двенадцати малых пророков: Осии, Иоиля, Амоса, Авдия, Ионы, Михея, Наума, Аввакума, Софонии, Аггея, Захарии и Малахии
Неканонических книг Ветхого Завета, принятых христианской Церковью и помещаемых в полной православной Библии, одиннадцать:
Вторая книга Ездры
Книга Товита
Книга Иудифь
Книга Премудрости Соломона
Книга премудрости Иисуса сына Сирахова
Послание Иеремии
Книга пророка Варуха
Первая книга Маккавейская
Вторая книга Маккавейская
Третья книга Маккавейская
Третья книга Ездры
Новозаветных канонических книг — 27:
Четыре Евангелия
Деяния Святых Апостолов
7 Соборных Посланий
14 Посланий апостола Павла
Апокалипсис
Неканонических книг в Новом Завете нет.

Краткие сведения о главнейших переводах Священного Писания: греческом (семидесяти толковников), латинском (Вульгата), славянском и русском

В третьем веке до Р.Х. по повелению египетского царя Птоломея Филадельфа (285-246 гг. до Р.Х), священные книги Ветхого Завета были переведены с еврейского языка на греческий. Так как переводчиков было, по древним свидетельствам 72, или круглым счетом 70, то этот перевод обозначается обыкновенно именем перевода Семидесяти. Хотя, по-видимому, вначале были переведены не все священные книги, все же, по традиции, весь греческий перевод их носит название «Септуагинта». В этом переводе помещены и неканонические книги.

В Православной Церкви Септуагинта, как древнейший и тщательный перевод, пользуется особенным уважением. Этим переводом пользовались очень часто новозаветные священные писатели, как это видно из многочисленных ссылок в новозаветных книгах на книги Ветхого Завета. Септуагинта не во всем точно воспроизводит теперешний еврейский текст, но нигде не отступает от смысла еврейского оригинала. По мысли некоторых отцов перевод Семидесяти способствовал яснейшему раскрытию внутреннего, таинственного содержания ветхозаветных книг. Наряду с греческим языком, около времени Рождества Христова получил распространение и язык латинский, на котором говорили римляне — основатели Римской империи. С первых веков христианства верующие, жившие в пределах Римской империи, разделялись на восточных, говоривших преимущественно на греческом языке, и западных, среди которых был в употреблении язык латинский. Для этих последних вскоре возникла потребность в переводе слова Божия на латинский язык. Из переводов Библии на латинский язык в особенности распространился и пользовался уважением так называемый древний итальянский перевод, сделанный с перевода Семидесяти. Этот перевод был заменен переводом блаженного Иеронима, сделанным с еврейского подлинника, законченным в 405 году и называемым латинским наименованием «Вульгата» — то есть распространенный, общедоступный.

Для Русской Церкви особенно важное значение имеет славянский перевод, сделанный с перевода Семидесяти первоучителями славянскими святыми братьями Константином (Кириллом) и Мефодием для славянских племен, населявших Моравию, Болгарию и Паннонию в середине IX века. Славянский перевод Библии с принятием русскими христианства в 988 году распространился в пределах нашего Отечества и самый язык этого перевода сделался языком богослужебным, церковным, почему и называется ныне языком церковно-славянским. Текст Кирилло-Мефодиевской Библии не сохранился до настоящего времени в полном виде, и современная Библия носит следы позднейших переводов. Если в древнее время славянский язык Библии был очень близок к обыкновенному, то с течением времени русский разговорный язык стал все более отклоняться от языка церковно-славянского, который оставался сравнительно неизменным, как заключенный в Библии и богослужебных книгах. Таким образом, хотя церковно-славянский язык, по употреблению при богослужении сделался близким русским православным людям — считать его вполне доступным, без предварительной подготовки, нельзя. Отсюда явилась потребность в русском переводе священных библейских книг. Этот перевод, печатавшийся «по благословению Святейшего Правительствующего Синода» был закончен в 1875 году и обычно называется Синодальным. Ветхий Завет был переведен с еврейского, Новый — с греческого подлинника; неканонические книги были переведены с греческого текста, кроме третий книги Ездры, переведенной с латинской Вульгаты. Необходимо заметить, что Синодальный перевод не имеет церковно-богослужебного употребления. Слово Божие при священнодействиях и молитвословиях читается по-прежнему на славянском языке, как священно-церковном. Русский перевод предназначается лишь для частного употребления, имея вспомогательное значение (для уяснения непонятных мест). Из древних переводов следует отметить сирийский перевод, носящий арамейское название «Пешито» — («простой»). Он сделан по еврейскому оригиналу для книг, писанных по-еврейски, и по греческому тексту для книг, писанных по-гречески или сохранившихся на этом языке. Перевод Ветхого Завета древнее, чем перевод Нового Завета. Вероятно, он был сделан в течение I века по Р.Х.. Перевод Нового Завета принадлежит ко II веку. С древних времен делались переводы на многие другие языки. Для египетских христиан был сделан так называемый коптский перевод. Абиссинская Церковь пользуется переводом эфиопским. Для вестготов был сделан так называемый готский перевод, для армян — армянский, для арабов — арабский. В настоящее время Библия переведена на несколько сотен языков и наречий мира.

Разделение текста священных книг на главы и стихи

Деление на главы произведено в XIII веке н.э. в издании латинской «Вульгаты». Оно принято было не только всеми христианскими народами, но и даже самими евреями для еврейского текста Ветхого Завета. Деление библейского текста на стихи, по мнению некоторых исследователей Библии, для священных книг, написанных стихотворным размером (например, псалмов) получило начало еще в ветхозаветной церкви. Но все священные книги Ветхого Завета были разделены на стихи уже после Рождества Христова еврейскими учеными-масоретами (в VI веке). Деление на стихи новозаветного текста явилось в сравнительно позднее время в половине XVI века. В 1551 году парижский типограф Роберт Стефан издал Новый Завет с разделениями на стихи, а в 1555 году — всю Библию. Ему же принадлежит и нумерация библейских стихов. У христиан в III-V веках принято было деление новозаветных книг на перикопы, главы и титлы, то есть отделы, читавшиеся за богослужением в те или другие дни года. Эти отделы были не одинаковы в различных церквах. Принятое в настоящее время в Православной Церкви богослужебное деление новозаветного Писания на зачала приписывается святому Иоанну Дамаскину.

Смысловые уровни Священного Писания

Смысл Священного Писания, то есть те мысли, которые священные писатели, вдохновляемые Духом Святым, излагали в письменах, выражается двояко: непосредственно чрез слова и посредственно — чрез лица, вещи, события и действия, описываемые словами. Различаются два главные вида смысла Священного Писания:
словесный или буквальный
предметный или таинственный, духовный
Смысл буквальный

Священные писатели, выражая свои мысли словами, употребляют эти последние иногда в их собственном прямом значении, иногда в несобственном, переносном значении. Например, слово «рука» по общепринятому словоупотреблению означает определенный член человеческого тела. Но когда псалмопевец молится Господу «посли руку Твою с высоты» (Пс. 143, 7), то слово «рука» он употребляет здесь в переносном значении, в смысле вообще помощи и защиты со стороны Господа, перенося таким образом первоначальное значение слова на предмет духовный, высший, умопреставляемый.
Сообразно с такими употреблениями слов буквальный смысл Священного Писания подразделяется на два вида:
собственно буквальный
несобственно или буквально-переносной смысл.
Так, например, в (Быт. 7, 18) слово «вода» употребляется в собственном, буквальном смысле, а в (Пс. 18, 2) — в переносном, в смысле скорбей и бедствий, или у (Ис. 8, 7) — в смысле враждебного войска.
Вообще же Писание употребляет слова в переносном смысле, когда говорит о предметах высших, духовных, например, о Боге, Его свойствах, действиях и т.п.

Смысл таинственный

Так как лица, вещи, действия, события, описываемые для передачи таинственного смысла, берутся священными писателями из разных областей, ставятся в неодинаковые отношения между собой и к выраженным понятиям, то таинственный смысл Писания подразделяется на следующие виды:
прообраз
притча
аполог
видение
символ
Прообразом называется такой вид таинственного смысла Писания, когда священные писатели сообщают понятия о каких-либо высших предметах чрез церковно-исторические лица, вещи, события и действия. Так, например, ветхозаветные писатели, повествуя о различных событиях Церкви ветхозаветной, весьма часто под ними раскрывают чрез них отдаленные события Церкви новозаветной. В этом случае прообраз есть заключенное в лицах, событиях, вещах и действиях Ветхого Завета предъизображение того, что относится к Новому Завету, что имело исполниться на Христе Спасителе и основанной Им Церкви. Так, например, Мелхиседек, царь Салимский и священник Бога Вышняго (14 глава книги Бытия) вышел навстречу Аврааму, вынес ему хлеб и вино и благословил патриарха, а Авраам со своей стороны поднес Мелхиседеку десятину из добычи. Все, что в настоящем случае рассказывает Писание, есть действительный церковно-исторический факт. Но помимо этого, повествование 14 главы Бытия имеет и глубокое, таинственно-прообразовательное значение по отношению к новозаветным временам. Историческое лицо Мелхиседека, по объяснению апостола Павла (Евр. 7), прообразовало Иисуса Христа: действия благословения и поднесения десятины предуказывали на превосходство новозаветного священства пред ветхозаветным: предметы, вынесенные Мелхиседеком — хлеб и вино, по объяснению отцов Церкви, указывали на новозаветное таинство Евхаристии. Переход Израильтян чрез Чермное море (Исх. 14) помимо своего исторического значения, по указанию Апостола (1 Кор. 10, 1-2), прообразовал новозаветное крещение, а само море заключало в себе, по объяснению Церкви, образ Неискусобрачной Невесты — Девы Марии. Ветхозаветный пасхальный агнец (Исх. 12) прообразовал Агнца Божия, вземлющего грехи мира — Христа Спасителя. По словам Апостола (Евр. 10, 1), весь Ветхий Завет был прообразом, тенью грядущих новозаветных благ.
Когда священные писатели, чтобы выяснить те или другие мысли, употребляют для этого лица и события хотя и неисторические, но вполне возможные, заимствованные обыкновенно из обыденной действительности — в этом случае таинственный смысл Писания называется приточным или просто притчею. Таковы, например, все притчи Спасителя.
В апологе животным и неодушевленным предметам приписываются человеческие, невозможные для них в действительности действия — для наглядного изображения какой-либо истины и для усиления назидательного впечатления. Таков аполог в книге Судей (9, 8-15) — о деревьях, избиравших себе царя, или аполог у пророка Иезекииля — о двух орлах (17,1-10), также аполог Иоаса, царя Израильского (4 Цар. 14, 8-10-2; Пар. 25, 18-19) о терне и кедре.
Есть ещё в Писании некоторые чрезвычайные виды Божественного Откровения. Так, нередко пророки патриархи и другие избранные мужи, иногда в бодрственном состоянии, иногда же в сновидениях, удостаивались созерцать некоторые события, образы и явления с таинственным смыслом, указывающим на будущее событие. Эти таинственные образы и явления называются видениями. Таковы, например, видение Аврааму при вступлении в завет с ним Бога (Быт. 15, 12, 17), видение Иаковом таинственной лестницы (Быт. 28, 10-17), видение пророком Иезекиилем (27) поля с человеческими костями и др.
Таинственный смысл Писания называется символом, когда мысли Писания раскрываются чрез особенные внешние действия, которые, по повелению Божию, совершились Его избранниками. Так пророк Исаия, по повелению Господа, три года ходил нагим и босым в предзнаменование грядущих бедствий египтянам и эфиоплянам, когда Ассирийский царь отведет их в плен нагими и босыми (Ис. 20). Пророк Иеремия в присутствии старейшин разбил новый глиняный сосуд в ознаменование разрушения, предстоящего Иерусалиму (Иер. 19).

Способы изъяснения Священного Писания, заимствуемые:
а) из самого Священного Писания
1) Во-первых, таковыми следует считать толкования самими священными писателями разных мест Писания: таких толкований на Ветхий Завет в особенности много в книгах Нового Завета. Например, на вопрос — почему ветхозаветный закон дозволял разводы по разным случаям? Спаситель отвечал фарисеям: «Моисей по жестокосердию вашему позволял вам разводиться с женами вашими, с начала же не было так» (Мф. 19, 8). Здесь — прямое толкование духа Моисеева законодательства, данного применительно к нравственному состоянию ветхозаветного человека. Объяснения же древних пророчеств и ветхозаветных прообразований в книгах Нового Завета весьма многочисленны. Для примера можно указать (Мф. 1, 22-23; Ис. 7, 14; Мф. 2, 17-18; Иер. 31, 15; Ион. 19, 33-35; Исх. 12, 10; Деян. 2, 25-36; Пс. 15, 8-10).
2) Другой не менее важный способ есть снесение параллельных или сходственных мест Писания. Так, слово «помазание», употребленное апостолом Павлом без всякого объяснения (2 Кор. 1, 21), повторяется у апостола Иоанна в смысле излияния благодатных даров Святого Духа (1 Ин. 2, 20). Так, относительно буквального и собственного смысла слов Спасителя о вкушении плоти и крови Его (Ин. 6, 56) не оставляет никакого сомнения апостол Павел, когда говорит, что едущие хлеб и пиющие чашу Господню недостойно, виновны против тела и крови Господней (1 Кор. 11, 27).
3) Третий способ есть исследование состава или контекста речи, то есть объяснение известных мест Писания в связи с предыдущими и последующими словами и мыслями, имеющими непосредственное отношение к объясняемому месту. 4) Четвертый способ — уяснение разных исторических обстоятельств написания той или иной книги — сведения о писателе, о цели, поводе, времени и месте написания её. Зная цель написания послания к Римлянам апостола Павла: опровергнуть ложное мнение иудеев о их преимущественном положении в христианской Церкви, мы понимаем, почему апостол так часто и настойчиво повторяет об оправдании единственно верою в Иисуса Христа без дел закона иудейского. Имея также в виду, что апостол Иаков написал своё послание по поводу неправильно понятого учения апостола Павла об оправдание верою, можно понять, почему он с особенною силою учит в своем послании о необходимости для опасения дел благочестия, а не одной только веры.
б) Из разных вспомогательных источников
К вспомогательным источникам изъяснения Священного Писания относится:
1) Знание тех языков, на которых написаны священные книги — преимущественно еврейского и греческого, ибо во многих случаях единственным средством к уразумению подлинного смысла того или другого места в Писании служит выяснение его смысла по словообразованию первоначального текста. Например, в (Прит. 8, 22) изречение «Господь созда мя…» точнее переводится с еврейского подлинника: «Господь стяжал (приобрел) меня» — в смысле «родил». В (Быт. 3, 15) славянское выражение о семени жены, что оно будет «блюсти» главу змия, точнее и яснее переводится с еврейского так, что оно «сотрет» главу змия.
2) Сличение разных переводов Священного Писания.
3) Знание древней географии, и главным образом — географии Святой земли, а также хронологии (дат событий), чтобы иметь отчетливое познание о последовательной преемственности исторических событий, излагаемых в Священных книгах, а также для ясного представления тех мест, где эти события происходили. Сюда же относятся археологические сведения о нравах, обычаях и обрядах еврейского народа.

Настроение души, необходимое для чтения слова Божия

Приступать к чтению Священного Писания должно с благоговением и готовностью принимать заключающееся в нём учение, как Божественное Откровение. Здесь не должно быть места сомнениям, стремлению отыскать в Писании недостатки и противоречия.
Должна быть искренняя вера в истинность, важность и спасительность читаемого, так как это слово Божие, переданное при посредстве святых мужей по внушению от Святого Духа.
Благоговение неразлучно с особым духовным страхом и радостью. Эти чувства и следует возгревать в себе при чтении слова Божия, помня слова Псалмопевца (Пс. 118, 161, 162). По изречению Премудрого, — «в злохудожную душу не внидет премудрость» (Прем. 1, 4). Следовательно, для успешного изучения слова Божия необходимы непорочность сердца и святость жизни. Поэтому в молитве, читаемой перед началом учения, просим: «очисти ны от всякия скверны».

Помня свою слабость во всем, мы обязательно должны знать, что без помощи Божией познание слова Его невозможно.

Декан миссионерского факультета, кандидат богословия, профессор.

Соколов Николай Владимирович, родился 13 июня 1950 года в деревне Гребнево Щёлковского района Московской области, в семье священника.

В 1975 году окончил полный курс Московской Государственной консерватории им. П.И. Чайковского по специальности – альт.

С 1973 по 1975 год работал в Москонцерте, в ансамбле народной артистки СССР К.И. Шульженко «Рапсодия». С 1975 по 1976 год служил в рядах Советской Армии. После демобилизации в 1977 году был принят на работу в Московскую Патриархию на должность референта Патриарха. Иподиакон Святейшего до 1987 года.

В 1983 году окончил с отличием Московскую Духовную Академию и представил курсовое кандидатское сочинение по кафедре нравственного богословия на тему: «Аксиологические аспекты Ветхозаветного нравственного учения», за которое Советом Академии удостоен степени кандидата богословия.

7 апреля 1982 года рукоположен в сан диакона Его Святейшеством патриархом Пименом; служил в домовом храме Московской Патриархии «Владимирской Богородицы».

Определением Его Святейшества от 26 декабря 1986 года назначен штатным диаконом в храм Воскресения Словущего на Ваганьковском кладбище г.Москвы.

8 сентября 1988 года рукоположен в сан пресвитера на штатное место этого же храма епископом Каширским Феофаном (Галинским), викарием Московской епархии.

С 1989 г. – основатель и руководитель воскресной школы при храме ап. Андрея Первозванного.

В 1990 г. – Святейшим Патриархом Алексием возведён в сан протоиерея.

В 1992 г. Указом Святейшего Патриарха назначен настоятелем храма Свт. Николая в Толмачах при Государственной Третьяковской Галерее; заведующий отделом ГТГ «Храм-музей Свт. Николая в Толмачах».

С 1992 г. – декан Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета, преподаватель Священного Писания Ветхого Завета на кафедре библеистики. С 1997 – доцент. С 2007 г. – профессор.

С 2001 г. – духовник и член правления фонда Всехвального апостола Андрея Первозванного и фонда Национальной Славы России; (г. Москва, ул. Ордынка д. 35.)

С 2004 г. – духовник Олимпийской сборной команды РФ.

С 2004 г. – член комиссии по делам Православных общеобразовательных учебных заведений.

С 2009 г. – член Попечительского совета Международной Премии имени Елены Мухиной.

С 2009 г. – включен в состав Межсоборного присутствия Русской Православной Церкви.

Читаемый курс: Священное Писание Ветхого Завета.

Научные интересы: Археология, Библеистика.

Награды:
Орден св. кн. Владимира III степени – 1981 г.
Орден св. кн. Даниила Московского III степени – 2000 г.
Орден преп. Серафима Саровского III степени – 2007 г.
Указом Российского Императорского Дома, Великой княгиней Марией Владимировной награжден орденом Св. Николая III степени – 2006 г.
Указом Президента России награжден орденом «Дружбы» – 2006 г.

Священники большого города: отец Николай Соколов

Первые два класса я учился вместе с детьми, которые меня прекрасно знали по внешкольной жизни — мы росли в одной деревне с 2-3 лет, так что никаких проблем в отношениях не было. Они прекрасно знали, что мой отец священник, и никто этим не дразнил. Конечно, мы иногда и ссорились, и дрались, но по другим поводам и не всерьез. Ходили всем классом исполнять какие-то октябрятские задания, уничтожали, например, шелкопряда — нам давали банки с краской, бензином, и мы обрабатывали деревья. Детям давали бензин — попробуй сейчас кому такое скажи. Но, слава богу, никто не отравился. Советская действительность не мешала детской жизни. Единственное, детей тогда не пускали в церковь на Пасху, поэтому нас на праздничную ночную службу в гребневскую церковь проводили тайно, под полой мамы, или мы перелезали через забор там, где не было оцепления милиции. Рядом с церковью находился клуб, и там для молодежи в праздник Пасхи устраивали какие-то развлечения, показывали фильмы — чтобы составить конкуренцию походу в храм. Молодежь тогда и не ходила в церковь, так что следили в основном за тем, чтобы на службу не попали дети до 14-15 лет, которых приводили родители и бабушки с дедушками.

О переезде и жизни в Москве

В третьем классе я переехал в Москву, к родителям моей мамы. Мама родилась в семье московского профессора химии, доктора наук Николая Евграфовича Пестова, который одновременно стал и очень известным духовным писателем. Самый известный его труд — «Пути к совершенной радости». Он очень внимательно относился к воспитанию детей и положил начало и моему духовному образованию.

Их старший сын погиб на фронте, второй сын уехал в Нижний Новгород работать на ГЭС, моя мама была занята воспитанием еще четверых детей — а бабушка с дедушкой жили одиноко и взяли меня к себе. В Москве я учился в школе №346 и одновременно ходил в детскую музыкальную школу имени Прокофьева, играл на скрипке. Духовным воспитанием занимался дедушка, мы с ним еженедельно ходили в храм Илии Обыденного на Остоженку, иногда посещали Елоховский собор. Зоя Вениаминовна — моя бабушка — водила меня раз в неделю в Третьяковскую галерею, или в Пушкинский музей, или на какой-нибудь концерт в Консерваторию, или еще куда-нибудь — культурная программа была расписана на целый год вперед.

Когда я учился уже в московской школе, почти никто не знал, что я сын священника и хожу в церковь. Некоторые ребята знали, но об этом старались не говорить. Классный руководитель один раз со мной про это говорил, но никаких особых претензий не предъявлял. В пионеры я вступил в 5-м классе. Папа сказал — если хочешь, вступай, это ни к чему не обязывает. Галстук так галстук. В правилах пионерской организации про атеизм ничего специально не говорилось.

На уроках истории, конечно, говорили, что Иисус Христос — это миф, но никакого особого насаждения безбожия в своей школе я не припомню. Некоторые мои педагоги были пожилыми людьми — старушки, которые учились еще до революции и помнили, что раньше все были крещеными. Говорить об этом боялись — опасались возвращения сталинских времен, потому что при Хрущеве снова начались гонения на церковь. Все молчали. Никто не спрашивал меня, хожу ли я в храм. Так что детство у меня получилось довольно безоблачным.

Озлобления против советской власти в нашей семье никогда не было. Мои старшие родственники многое претерпели, но они считали, что каждая власть от Бога — если они сейчас достойны такой власти, значит, надо на нее смотреть, но не исполнять то, что против церкви. Моя бабушка по матери — сильный, волевой человек, работала на химзаводе — говорила: «Если бы советская власть не преследовала религию, я была бы первой коммунисткой». Потому что идеалы — равенство, братство, счастье, мир — ей все это было созвучно. Да, бабушка и дедушка знали, что людей мучили, пытали, они и сами натерпелись, люди, пережившие лагеря и ссылки, к ним приходили, но никогда ни слова упрека не было. Многие даже благодарили Бога за то, что он дал им такие страдания в жизни — по 15–20 лет провели в лагерях, пришли без единого зуба. Какие были люди! Профессора, музыканты. Каждую неделю у нас бывал день, когда бабушка и дедушка принимали гостей. В этот день любой мог прийти без звонка к нам домой, выпить чаю с пирогом или печеньем, если было. Приходили, сидели, рассказывали. Я помню, как приходили люди, которые провели много лет в лагерях, как они ели простой суп и хлеб. И все равно благодарили Бога — за то, что страдания позволили измениться их идеалам. Хотя, конечно, осуждали сталинские репрессии и боялись возвращения.

Коллектор библейской книги утреннее оживление архив

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *