Датировка, авторство

Роза Шарона, 1860
Юлиус Шнорр фон Карольсфельд

Традиционно авторство Песни песней приписывается Соломону. В Третьей Книге Царств утверждается, что Соломон сложил 1005 песен (3 Цар. 4:32). Имя Соломона присутствует не только в названии книги, но и неоднократно называется в тексте. Повествование ведётся в том числе и от имени Соломона, героиня книги прямо обращается к герою по имени.

Упоминание города Фирцы (Тирца) — столицы северного Израиля — указывает на период между разделением царств и перенесением столицы в Самарию в 875 году до н. э.

Заимствования из арамейского и эллинизмы могут свидетельствовать о более позднем (между VI и IV веками до н. э.) происхождении, либо изменении текста.

Существует мнение, что Песнь песней представляет собой разновременной сборник свадебных гимнов. Упоминание имени Соломона в этом случае может не означать его авторства. Так в русском свадебном обряде жених и невеста могут именоваться князем и княгиней. Сходства (например, именование невесты сестрою) находятся в более древних египетских текстах, языковые и стилистические параллели существуют в источниках, принадлежащих угаритским и месопотамским культурам.

Связь Песни песней со свадебным гимном отмечал ещё Ориген. По форме произведение относилось им к драме.

Фольклорной гипотезе происхождения Песни песней противоречит изысканный язык, стилистическое единство и взаимосвязь фрагментов книги, наличие большого числа названий животных, растений, благовоний не палестинского происхождения. В Песни песней встречаются слова, неизвестные по другим книгам Библии, а также широко используются топонимы. Можно сделать вывод об образованности автора, хорошем знакомстве с географией Палестины, о его принадлежности к интеллектуальной и финансовой элите.

Включение в канон

Согласно Талмуду, включение Песни песней в иудейский библейский канон произошло на Иамнийском собрании в I веке н.э. Хотя многие учителя высказывали мнение, что Книга Песни песней «оскверняет руки», было заключено, что «всё состояние мира не сто́ит того дня, в который дана эта книга». Одно другому не противоречит, как видно из следующего места Мишны: «Никто никогда в Израиле не спорил против того, что Песнь Песней оскверняет руки, ибо весь мир не стоит того дня, в который дана была Израилю Песнь Песней, ибо все книги святое, а Песнь Песней — святое святых». Ибо по раввино-талмудической терминологии термин «осквернять руки» в отношении священных книг означал их каноническое достоинство. (О происхождении и значении этого термина можно читать у А. А. Олесницкого в его «Пѣснь пѣсней и ея новѣйшіе критики» Кіев 1882, с. 14 и далее.)

Этот раздел статьи ещё не написан. Согласно замыслу одного или нескольких участников Википедии, на этом месте должен располагаться раздел, посвящённый признанию книги каноничной.
Вы можете помочь проекту, написав этот раздел. Эта отметка установлена 11 февраля 2009 года.

> География

В Песни Песней упоминаются следующие географические названия: Галаад, Дамаск, Ермон, Иерусалим, Кармель, Ливан,

Толкования Песни песней

Иносказательное прочтение

Инициал «O» из средневекового латинского текста Песни Песней. Винчестерский собор, 1100-е гг.

В еврейской традиции основным смыслом Песни песней считается отношение Бога и еврейского народа.

Подобная символика комментаторов Песни песней использована христианами, начиная с апостола Павла, говорящего о браке Христа и Церкви (Еф. 5:32). Также невеста из Песни песней считается прообразом Богоматери. Многие эпитеты и выражения, заимствованные из Песни песней («Запечатленный Источник», «Заключенный Вертоград», «порока нет в Тебе» и так далее), используются в богородичных песнопениях и текстах богослужений на богородичные праздники. В богослужении католической церкви чтение Песни песней обязательно в праздник посещения Марией Елизаветы. В своём всецерковном послании «Бог — это любовь» Папа Бенедикт XVI упоминает «Песнь всех Песней», используя её лирическое и прямое трактование в поддержку своего тезиса о том, что страсть и самопожертвование любящего — это две половины истинной любви, желающей получать и дарующей.

Согласно религиоведческой традиции XX века Песнь Песней несёт в себе следы языческого культа Адониса.

В Православной традиции считается, что Песнь Песней несёт в себе тройственный духовный смысл: описывает любовь между Богом и человеческой душой (и людьми в целом относительно с пониманием Церкви как объединения людей), пророческие описания о Богородице, духовное возрастание человеческой души на пути следования к Богу. Возражение против каноничности книги Песни Песней выдвинул Феодор Мопсуестийский, истолковавший её буквально, как любовную песнь Соломона. Отрывки из его сочинений с критикой книги были единодушно восприняты V Вселенским Собором как нечестие, а сам автор был предан анафеме. Существует постановление V-го Вселенского Собора, которое анафематствует тех, кто учит, будто бы «Песнь Песней» говорит о любви между мужчиной и женщиной. В Песни песней усматриваются следующие темы православного вероучения: 1. Исихазм 12-ти ступеней духовного возрастания на основе учения Макария Великого, 2. Стяжание Святаго Духа Божия (по учения преподобного Серафима Саровского), 3. Гносеологическое исследование шести основных ступеней духовного возраста человека по учения преподобного Исаака Сирина, 4. Догмат о воскресении мёртвых (современное исследование Георгия Зайцева).

В протестантском толковании, девушка (невеста) — есть христианская церковь, а юноша (жених) — Иисус Христос, или триединый Бог вообще. После пришествия Иисуса Христа жених с невестой обручены, но до свадьбы невесте следует доказать свою любовь, верность и преданность жениху. На пути к этому, невесту подстерегает множество испытаний и преград (стражники), но пройдя все из них, после второго пришествия Иисуса Христа состоится долгожданная свадьба.

Переводы

Греческие и латинские переводы

Песнь песней входит в состав Септуагинты, но переводилась на греческий не одновременно с Пятикнижием. («Первично» перевод «семидесяти толковников» (Септуагинта) включал лишь Пятикнижие Моисея.)

Этот раздел статьи ещё не написан. Согласно замыслу одного или нескольких участников Википедии, на этом месте должен располагаться раздел, посвящённый греческим и латинским переводам.
Вы можете помочь проекту, написав этот раздел. Эта отметка установлена 11 февраля 2009 года.

Славянские переводы

Переводы периода рукописных и первых печатных книг

  • Мефодиевский (четий) перевод (Пѣния пѣнии, ѥже ѥстъ Соломѡнѥ)

Первый перевод Песни песней на славянский язык был сделан с греческого (возможно сверяясь с латинским текстом) в IX веке, как принято считать, святым Мефодием. Текст сохранился во многих сборниках «книгах Премудростей».

  • Глаголический перевод (Пѣсьни Соломѹне)

В хорватских богослужебных источниках с 1389 года появляются отрывки из Песни песней, записанные глаголицей. В сумме они дают полный текст книги без второй главы. Перевод был осуществлён с греческого с многочисленными правками по латинскому тексту.

  • Толковый перевод (Ѳилона Карпафиискаго тълкъ ѡ пѣснехъ пѣсни)

Известен по 30 сохранившимся спискам XII—XVII веков. Текст Песни песней (с несколькими пропущенными стихами) разделён на 179 пассажей, каждый из которых сопровождается толкованием. Среди имён толкователей около 60 раз называется Филон Карпафийский, около 30 Григорий Нисский, 7 раз Ипполит, епископ римский и 1 — Ориген. Известны также списки перевода, освобождённые от толкований. Язык переводчика восточнославянский, в тексте использовано много русизмов. Язык оригинала — греческий, возможно, использовались южнославянские (болгарские) переводы.

  • Древнерусские «музейный» и «виленский» переводы с еврейского оригинала (Ширь гаширим ашир’ли шломо. Рекше: пѣсни пѣснем, иже къ Соломону; Пѣсн пѣснеи)

Каждый из переводов известен в единственном списке. Первый, датируемый по бумаге XVI веком, находится в собрании Российской государственной библиотеки, второй — в Академии наук Литвы. Оба перевода выполнены, вероятно, евреями на западнорусской территории.

  • Перевод Константина Костенецкого (Соломѹ(н) пѣсне(м) пѣсны.)

Константин Философ перевёл с греческого толкования на Песню песней Феодорита Кирского. Известно несколько списков перевода как с толкованиями, так и освобождённых от них.

  • Западнорусские переводы со старочешского оригинала (Книга премудраго царя саломона рекомая песнь песнямъ починается. Зуполне выложена, на руский языкъ докъторомъ франъцискомъ скориною с полоцька; Книга е(с) сія неразумному дает разумет)

С XII века в Чехии велись переводы библейских текстов с латыни. Известно два перевода Песни песней с чешского оригинала на западнорусский (старобелорусский) язык. Один из переводов выполнен в 1518 году Франциском Скориной.

  • Перевод из Острожской Библии (Книга пѣснь пѣснеї ц(а)рѧ соломона)

В 1580—1581 году в Остроге на Волыни первопечатником Иваном Фёдоровым издана печатная Библия, названная впоследствии Острожской. В основе текста лежала Геннадиевская Библия (Новгород, 1499 год). Текст же Песни песней был взят из «Толкового перевода» с дополнениями по «Мефодиевскому переводу» и переводу Константина Философа. Возможно также использовался перевод Франциска Скорины. Текст сверялся с греческим, еврейским и латинским оригиналами.

Русские переводы нового времени

Один из первых поэтических переводов Песни песней на церковнославянский язык сделан в 1679 году монахом Мардарием Хоныковым.

В настоящее время наиболее употребимы два перевода Песни песней: синодальный перевод и перевод британского и иностранного библейского общества.

Первый полный поэтический перевод «Песни песней» на русский язык выполнен Абрамом Эфросом (Песнь Песней Соломона. СПб.: Пантеон, 1909). Своё отношение к поэме «в том виде, в каком донесли её нам столетия», он выразил так: «…она, может быть, ненаучна и искажена, но… любима и близка мне с детства, когда в маленькой синагоге я впервые услыхал, как с амвона читал её старческим, дрожащим, но незабываемо-любовным голосом старик „мшулах“, посланец какой-то еврейской общины». Эфрос ориентировался на ашкеназское произношение; ему удалось передать звучание сложного ритма стихов оригинала, не сбиваясь ни на общепринятую стихотворную метрику, ни на прозу. Эфрос достиг этого путём разделения канонических изречений на строки, руководствуясь знаками кантилляции (теамим) в библейских текстах. Перевод А. Эфроса весьма точен: переводчик тщательно сверял со словарями, бывшими тогда в его распоряжении, каждое слово и выражение и, в случае расхождений между ними, мотивировал выбранное им значение в особых примечаниях к переводу. В 1910 году вышло в свет второе, дополненное издание, которое, кроме текста поэмы, включало статью Эфроса о методе его перевода и примечания к нему, а также ответы критикам первого издания и предисловие к обширной подборке статей, посвящённых «Песне песней». Важным разделом книги явилась антология русской поэзии XIX — начала XX века на темы «Песни песен» (от Г. Державина до В. Соловьёва). В 1969 году в тель-авивском книгоиздательстве «Бецалель Чериковер» перевод А. Эфроса вышел отдельной книжкой без приложений, но с параллельным ивритским текстом, разбитым на строки соответственно переводу.

Значительным событием в истории перевода поэмы явилось «стихотворное переложение с библейского текста» Льва Ярошевского «Песнь песней» под редакцией и с предисловием М. А. Кузмина, выдержавшее несколько изданий, в том числе в Петербурге (1917), Одессе (1919) и Вене (1921). «Изображением простодушной любви, — пишет в своём предисловии М. Кузмин, — более всего пленительна „Песнь песней“, хотя, конечно, и местный колорит, и племенной темперамент выражены очень ярко. Мне кажется, что переводчик, остановившись на стихотворном переводе, хотел, насколько можно, приблизить к нам эти безыскусственные строки простой, откровенной, детской любви». Лев Ярошевский придерживается драматической фабулы трёх персонажей (пастушка, пастух и царь), начисто отвергая аллегорические версии поэмы — как иудейскую, так и христианскую. «Можно утверждать, не впадая в преувеличение, — пишет он в предисловии „От переводчика“, — что займись комментированием „Песни песней“ буддисты, то и они неизбежно пришли бы к выводу, что в каждой её строфе таятся высшие откровения Будды…»

Единственный известный поэтический перевод «Песни песней» за весь советский период принадлежит выдающемуся русскому востоковеду и филологу, исследователю семитских языков Игорю Михайловичу Дьяконову (1915—1999). Работа эта выполнена в духе современного научного понимания вопроса — переводчик усматривал в «Песне песней», главным образом, сборник свадебных песен. В книге «Поэзия и проза Древнего Востока» (Библиотека Всемирной литературы, Серия первая, том1, М., 1973) хоровые (по мнению переводчика) партии набраны курсивом, выделены и объяснены различные моменты древнего свадебного ритуала, например:

— Поймайте-ка нам лисенят,

Поймайте маленьких лисенят,

Они портят нам виноградник, а виноград-то наш не расцвёл.

Этот стих объяснён в сноске как песенка, с которой «подружки ловят мальчиков-дружек». Примечательно, что свои пояснения И. М. Дьяконов с добросовестностью учёного предваряет вводным словом «по-видимому» или завершает вопросительным знаком. Сам перевод точен и верен (в рамках принятой концепции); он интересен и как попытка соблюсти особенности стихосложения, общие для народов Древнего Востока.

В последние годы ожил переводческий интерес к «Песне песней». Так, харьковская поэтесса Ирина Евса в книге «Песнь песней» (М.: Эксмо-Пресс, 2001) переложила её рифмованным стихом, придав иную просодию:

— Выйди, царица сада,

не укрывайся тенью.

Нёбо твое — прохлада,

голос подобен пенью птиц. —

О, беги, любимый…

Издание, кроме работы И. Евсы, включает известные, но давно не издававшиеся переводы, комментарии, литературную критику, а также антологию русской поэзии на темы «Песни…» от А. С. Пушкина до Льва Лосева и Венедикта Ерофеева включительно.

В том же году вышла в свет «Песнь песней царя Соломона. Антология русских переводов» (СПб.: «Искусство-СПБ», 2001) со статьями и переводами И. Дьяконова и А. Эфроса. Кроме того, в книге приведены перевод XVI века и антология русской поэзии на темы «Песни песней» от Г. Державина до наших дней.

Годом раньше иерусалимский Институт изучения иудаизма в СНГ выпустил комментированное издание «Песни песней» в переводе раввина Нохума-Зеэва Рапопорта и Бориса Камянова, прочитавших поэму как «аллегорическое произведение, в котором речь идет о любви между Всевышним и еврейским народом (и каждым евреем в отдельности)». Следует отметить, что такое восприятие данного текста является традиционным для последователей иудаизма.

В 2010 году вышла антология русских переводов «Песни песней» — «Песнь песней Царя Соломона. Библейские истории любви.» (Москва. ОЛМА Медиа групп. 2010). В антологию вошли переводы, сделанные в XVIII—XX веках (Г. Р. Державин, Г. П. Павский, Л. А. Мей и др.). В книгу вошли также репринтный английский текст перевода данной библейской книги с иллюстрациями Зеева Рабана (Zeev Raban), а также статьи и заметки русских философов о ней.

> Запрет на чтение

У евреев существовал запрет на чтение Песни песней до достижения тридцатилетнего возраста. Сторонником подобного запрета был и Лютер.

Песнь песней в культуре, литературе и искусстве

Изобразительное искусство

Громадное количество шедевров мировой живописи посвящено сюжетам «Песни песней».

В качестве примеров можно назвать некоторые из них:

«Возлюбленная». Данте Габриэль Россетти, 1865—1866. Образ навеян Песнью песней.

  • Царь Соломон на троне. Песнь песней. Мартин де Вос, 1590 год.
  • Роза Шарона — гравюра из цикла «Библия в картинах» (автор — Юлиус Шнорр фон Карольсфельд).
  • Картина «Возлюбленная» Данте Габриэль Россетти (1865—1866).

По мотивам Песни песней написано множество прозаических и стихотворных произведений различных стилей, жанров и трактовок: мистические, философские, иронические, фривольные и так далее.

Под крышей промёрзшей пустого жилья
Я мертвенных дней не считаю,
Читаю посланья Апостолов я,
Слова Псалмопевца читаю.
Но звёзды синеют, но иней пушист,
И каждая встреча чудесней, —
А в Библии красный кленовый лист
Заложен на Песни Песней.

Анна Ахматова. 1915 год.

  • Переложение Песни песней создал Вольтер (Précis du Cantique des cantiques, 1759 год).
  • Русскую стихотворную интерпретацию написал Державин («Соломон и Суламита», 1808 год)
  • В повести Куприна «Суламифь» (1908 год) сделана попытка восстановить сюжет Песни песней.
  • Томас Манн в романе «Иосиф и его братья» описывает свадьбу Иакова, на которой поются эти песни, таким образом, по замыслу писателя, «Песнь Песней» возникла задолго до Соломона.
  • Пушкин («В крови горит огонь желанья…», «Вертоград моей сестры…» и другие)
  • Шолом-Алейхем (лирическая повесть «Песнь песней» (1909—1911 годы)
  • Фет («Подражания восточному»)
  • Мей («Еврейские песни»)
  • Бальмонт («Манящий взор, крутой изгиб бедра…»)
  • Ахматова («9 декабря 1913 года»)
  • Цветаева («Удостоверишься — повремени!..»)
  • Мандельштам («Армения»)
  • Пастернак («Поэма о ближнем»)
  • Волошин («Соломон» и другие)
  • Саша Чёрный (юмористическая поэма-пародия «Песнь песней»)
  • Вадим Шершеневич (авангардно-урбанистическая поэма «Песня песней»)
  • Гейне (нем. Das Hohelied, Песнь песней — перевод Ф. В. Вишневского)
  • Рылова Елена (Песнь Песней Соломона в книге стихов «Избранное», 2016 год, перевод, поэма в стихах)

Музыкальные произведения

Оратории

  • «Песнь Песней» — цикл из 29 мотетов Дж. П. Палестрины
  • «Песнь Песней» — оратория на текст Песни песней Соломона (композитор Дмитрий Смирнов, 1997)
  • «Песнь Песней» — оратория композитора М. Лаври
  • «Восьмая глава» canticum canticorum храма, хоров и виолончели — сочинение А. Кнайфеля 1993 (посв. М.Ростроповичу)

Песни

  • «Песнь песней» — песня на музыку Ave Maria (Gamma) Михаила Шпилевского
  • «Песнь песней — 2» — песня на музыку Михаила Шпилевского
  • «Песнь песней» — песня альбома «The Best» (2002 год) группы Новый Иерусалим
  • «На ложе моём ночью» (альбом «Песнь песней царя Соломона»)
  • Скименъ (крепка яко смерть любы) — песня из альбома Для тех, кто видит сны. Vol.1 (2010 год) группы Оргия Праведников, текст песни представляет собой нарезку из строк Песни песней (глава 1 стих 6, глава 2 стихи 1,4,11,16, глава 3 стих 1, глава 5 стихи 2,10,17, глава 6 стих 12, глава 7 стихи 11,13, глава 8 стих 6)
  • «Суламифь» — песня Ирины Богушевской из альбома «Книга песен» (1998)
  • «Just» — композиция для хора Дэвида Лэнга, используется в фильме П. Соррентино «Молодость» (2015).

Литература

  • Песней Соломона / Пер. с древнееврейского В. Н. Нечипуренко. — Ростов н/Д.: Издательство СКНЦ ВШ ЮФУ, 2010. — 80 с. Перевод в редакции 2013 г. (недоступная ссылка)
  • Гледхилл, Том. Книга «Книга Песни Песней». Перевод в редакции 2013 г. (недоступная ссылка)
  • Иерей Даниил Сысоев. Беседы на книгу Песнь Песней. — Москва: храм пророка Даниила на Кантемировской, 2008. — в книгу входят беседы священника Даниила Сысоева, в которых дается толкование на книгу «Песнь Песней»
  • Прот. Геннадий Фаст. Толкование на книгу Песнь Песней Соломона. — Красноярск: Енисейский благовест, 2000. — экзегетико-патрологическая монография, включающая материал святоотеческих толкований, а также авторские исследования и толкования.
  • А. А. Алексеев. Песнь песней в славяно-русской письменности. — СПб, Изд. Дмитрий Буланин, 2002. ISBN 5-86007-275-9 — монографическое исследование всех славяно-русских переводов до первых печатных изданий.
  • Д. А. Чернов. Влияние оригинальных латинских подписей к гравюрам Библии Пискатора на русские виршевые подписи 2-й пол. XVII века (на сюжеты книги «Песни Песней»). — 2005.
  • Песнь Песней. Серия: Антология мудрости. — М.: Эксмо, 2005. ISBN 5-699-14136-7 — сборник прозаических и поэтических переводов «Песни песней».
Пятикнижие
Исторические
  • Иисуса Навина
  • Судей Израилевых
  • Руфь
  • Царств
    • Самуила
      • 1-я Царств
      • 2-я Царств
    • Царей
      • 3-я Царств
      • 4-я Царств
  • Паралипоменон (1-я • 2-я)
  • Ездры
    • 1-я
    • 2-я*
    • 3-я*
  • Неемии
  • Товита*
  • Иудифи*
  • Есфирь
Учительные
Пророков
Знаком * отмечены неканонические книги
Семья и известные отношения
Постройки
В других традициях
Сочинения (Соломоновы книги)
Связанные статьи
Основные персонажи
Отсылочные персонажи
Переводчики и толкователи
Топонимы
Архитектурные сооружения
Связанные статьи

Песнь Песней Соломона

Песнь Песней Соломона
(перевод с древнееврейского В. Нечипуренко)
Книгу можно скачать отсюда: http://ru.scribd.com/doc/128922167/—2013
1
Песнь Песней Соломона
Целуй меня поцелуями уст своих,
Ибо любовь твоя лучше вина.
Запах масел твоих – наилучший,
Словно имя твое елей источает душистый,
Потому девицы и любят тебя.
Влеки меня, побежим за тобою!
Ввел меня царь в чертоги свои.
Возрадуемся и возвеселимся с тобой,
Любовные ласки твои превыше вина!
Справедливо любят тебя.
Черна я, но красива, дочери Иерусалима,
Как шатры Кейдара, как завесы Соломона.
Не смотрите на меня, что я смугла,
Ибо солнце меня опалило!
Сыновья матери моей разгневались на меня,
Поставили меня стеречь виноградники,
Своего же виноградника не устерегла я.
– Скажи мне, любовь души моей,
Где пасешь, где возлегаешь в полдень?
Для чего буду как закутанная
Возле стад товарищей твоих?
– Если не знаешь, прекраснейшая из женщин,
То иди по следам овец и паси козлят твоих
У шатров пастушьих.
С кобылицей в колесницах фараона
Сравню тебя, возлюбленная моя.
Прекрасны щечки твои в подвесках,
Шейка твоя – в ожерельях.
Подвески золотые сделаем тебе
С крапинками серебра.
Покуда царь на пиру своем,
Мой нард издает благоухание.
Пучок мирры – любимый мой для меня,
Между грудями ночует.
Кисть кипера – любимый мой для меня
В виноградниках Эйн-Г;ди.
Как ты прекрасна, любимая моя,
Как прекрасна! Очи твои – голубки.
Как ты прекрасен, любимый мой, как мил!
Наше ложе – зеленая листва,
Своды домов наших – кедры,
Стены их – кипарисы.
2
Я асфодель Сарона, лилия долин.
Как лилия среди колючек –
Любимая моя среди дев.
Как яблоневое дерево в лесу –
Мой любимый среди мужчин!
Под сень его я восхотела и села,
Плод его сладок гортани моей.
Он привел меня в дом вина,
Учинил надо мною любовь.
Сладостями меня подкрепите,
Яблоками меня освежите,
ибо я любовью больна.
Левая рука его под головою моей,
Правая – обнимает меня.
Заклинаю я вас, дочери Иерусалима,
Газелями, ланями степными:
не будите, не пробуждайте любовь,
пока сама не захочет.
Голос любимого моего!
Вот он идет!
Скачет по горам,
прыгает по склонам!
Подобен любимый мой газели
Или молодому оленю;
Вот уже он стоит за стеной,
Заглядывает в окошки,
Мелькая сквозь решетки.
Заговорил со мной любимый мой
И сказал мне:
«Встань, возлюбленная моя,
Прекрасная моя, выйди.
Ибо вот, зима прошла,
Дождь миновал, закончился;
Цветы появились на земле;
Время пения пришло
И голос горлицы слышен в краю нашем;
Смоковница выпускает незрелые фиги,
И лоз виноградных цветы издают
Благоухание.
Встань, выйди, возлюбленная моя,
Прекрасная моя, выйди!
Голубка моя в расщелинах скал,
В сокрытой выемке утеса,
Дай мне увидеть облик твой,
Дай мне услышать голос твой,
Ибо голос твой приятен,
Облик твой прекрасен!»
Поймайте-ка нам лисиц,
Малых лисиц,
Портящих виноградники,
Ведь виноградники наши в цвету!
Любимый мой – для меня,
А я – для него,
Он пасет среди лилий.
Пока дышит день и бегут тени,
Вернись, возлюбленный мой,
Уподобься газели или младому оленю
На горах разлученья.
3
Ночами на ложе искала я того,
Кого любит душа моя, –
Я искала его, не находила.
Встану и обойду-ка город;
На улицах и площадях поищу того,
Кого любит душа моя;
Я искала его, не находила.
Заметили меня стражи,
Обходящие город:
«Не видали ли вы того,
Кого любит душа моя?»
Чуть отошла я от них,
Как нашла я того,
Кого любит душа моя;
Удержала его и не отпускала
Пока не привела в дом матери моей,
В чертог зачавшей меня.
Заклинаю вас, дочери Иерусалима,
газелями или ланями степными:
не будите, не пробуждайте любовь,
пока сама не захочет.
Кто это восходит из пустыни,
Словно столбы дыма,
Благоухая ладаном и миррой,
Всеми пудрами купца?
Вот ложе Соломона!
Шестьдесят сильных вокруг него,
Из сильных Израиля.
Все держат меч, обучены бою;
У каждого меч на бедре
Из-за страха ночного.
Паланкин сделал себе царь Соломон
Из деревьев Ливана:
Столбы его сделал серебряными,
Покрытие – золотым,
Сиденье – пурпурным,
Внутри его застелил
Любовью дочерей Иерусалима.
Выходите и смотрите, дочери Сиона,
На царя Соломона,
На венец, которым венчала его мать
В день женитьбы,
В день радости сердца его.
4
Как ты прекрасна, любимая моя,
Как ты прекрасна!
Очи твои – голубки из-под фаты твоей!
Волосы твои как стадо коз,
Спускающихся с горы Гилеадской,
Зубы твои – как стадо остриженных,
Восходящих после купания:
У каждой двойня,
И бесплодной нет среди них.
Как нить алая – губы твои,
И уста твои прелестны;
Как дольки граната – виски твои
Из-под фаты.
Шея твоя как башня Давида,
Воздвигнутая с покрытиями:
Тысяча щитов висит на ней,
Все – доспехи сильных.
Груди твои – как два олененка,
Двойняшки газели,
Пасущиеся среди лилий.
Пока дышит день и бегут тени,
Пойду я к горе мирровой,
К ладанному холму.
Вся ты прекрасна, любимая моя,
Нет в тебе изъяна.
Со мною с Ливана, невеста,
Со мною с Ливана приди!
Взгляни с вершины Аманы,
С вершины Сенира и Хермона –
От логовищ львиных,
С гор леопардовых.
Ты пленила сердце мое,
Сестра моя, невеста;
Ты пленила сердце мое
Одним очей своих,
Одним ожерельем бус.
Как прекрасна любовь твоя,
Сестра моя, невеста!
О, лучше любовь твоя, чем вино,
Благоухание масел твоих
Лучше всех ароматов!
Уста твои сочатся сотовым медом, невеста,
Мед и млеко под языком твоим,
Благоухание одеяний твоих –
как благоухание Ливана.
Запертый сад – сестра моя, невеста,
Запертая волна, запечатанный родник.
Наряжаешь ты сад гранатовый царский
Отборными плодами: киперами и нардами,
Нардом и шафраном, аиром и корицей,
Всякими деревьями ладанными,
Миррой и алоэ, всеми лучшими ароматами.
Родник садов, колодец вод живых,
Стекающих с Ливана.
Пробудись, северный ,
И приди, южный,
Дохни благоуханием сада моего!
Пусть разольются ароматы его!
Пусть войдет любимый мой в сад свой
и ест его плоды сладостные!
5
Вхожу я в мой сад, сестра моя, невеста,
Собираю мирру и ароматы мои;
Ем соты мои с медом моим,
Пью вино мое с молоком моим;
Ешьте, друзья! Пейте и напейтесь, любимые!
Сплю я, но сердце мое бдит.
– Голос!
Мой любимый стучится!
– Открой мне, сестра моя,
Любимая моя, голубка моя,
Совершенная моя,
Ибо голова моя полна росою,
Кудри мои – каплями ночи!
Сняла я хитон – что же, надену его?!
Омыла я ноги – что же, замараю их?!
Мой любимый просунул руку свою в щелку –
Чрево мое вострепетало.
Встала я отворить любимому моему,
А с рук моих капала мирра,
С пальцев стекала на скобы засова.
Отворила я любимому моему,
А любимый ускользнул, ушел.
Душа моя вышла на его зов!
Искала его, не находила,
Звала его, но не откликнулся.
Заметили меня стражи, обходившие город.
Избили они меня, изранили;
Сорвали с меня покрывало стражи стен.
– Заклинаю я вас, дочери Иерусалима:
Если найдете любимого моего,
Что скажете вы ему? –
Что я любовью больна!
– Чем любимый твой лучше других,
Прекраснейшая из женщин?
Чем любимый твой лучше других,
Что ты так заклинаешь нас?
– Мой любимый светел и румян,
Отличен из тысяч.
Голова его – золото, чистое золото;
Кудри его – кисти финиковой пальмы,
Черные, как ворон.
Глаза его, как голуби над потоками вод, –
Купаются в молоке, сидят над разливом.
Скулы его – цветник ароматный,
Крепости благовоний смешанных;
Губы его – лилии, текущие жидкою миррой.
Руки его обвиты золотом,
Унизаны хризолитами;
Живот его гладок, как слоновая кость,
Покрытая лазуритами;
Ноги его – столбы мраморные
На подножиях чистого золота,
вид его – как Ливан,
Подобен отборным кедрам.
Нёбо его – сладчайшее,
И весь он – самый желанный!
Таков любимый мой, таков друг мой,
Дочери Иерусалима!
6
Куда ушел любимый твой,
Прекраснейшая из женщин?
Куда обратился любимый твой? –
Поищем его с тобою.
Любимый мой спустился в свой сад,
В цветники ароматные –
Пасти в садах и собирать лилии.
Я – для любимого моего,
А возлюбленный – для меня:
Он пасет среди лилий.
Прекрасна ты, подруга моя, как Тирц;,
прелестна как Иерусалим,
величава как знамения.
Отведи очи твои от меня,
Ибо пронимают дрожью они!
Волосы твои – как стадо коз,
Что спускается с Гилеада.
Зубы твои – как стадо овец,
Восходящих после купания;
У каждой двойня,
И бесплодной нет среди них.
Словно дольки граната – виски твои
Из-под фаты.
Цариц – шестьдесят,
Наложниц – восемьдесят,
А девицам – несть числа!
Одна она – голубка моя,
Совершенная моя,
Одна у матери своей,
Чистая – у родительницы своей.
Увидели ее дочери – и величали ее,
Царицы и наложницы – и восхвалили ее.
Кто это виднеется, как заря, –
Прекрасная, как луна,
Чистая, как солнце,
Величавая, как знамения?
Спустился я в ореховый сад –
Взглянуть на плоды потока,
Посмотреть, дала ли почки лоза,
Зацвели ли гранаты.
Не знала душа моя,
Что здесь она даст мне мирру свою, –
Дочь народа моего благородного.
7
– Обратись, обратись, Суламита;
Обратись, обратись,
Мы поглядим на тебя!
– Что вам глядеть на Суламиту,
Как на хоровод двух станов?
– Как прекрасны ноги твои в сандалиях,
Дочь благородная!
Округления бедер твоих как украшение,
Дело рук ваятеля.
Пупок твой – круглая чаша,
Не скудеет вино пряное;
Живот твой – сноп пшеницы,
Окаймленный лилиями.
Груди твои – как два олененка,
двойняшки газели.
Шея твоя – как башня слоновой кости;
Очи твои – водоемы в Хешбоне
У ворот Бат-Раббима;
Нос твой – как башня Ливана,
Смотрящая на Дамаск.
Голова твоя венчает тебя, как Кармель,
А струящиеся волосы главы твоей –
Как пурпурные ;
Царь пленен струйками!
Как прекрасна ты, и как приятна,
О любовь, своими наслаждениями!
Вышиной ты подобна пальме,
А груди твои – словно гроздья.
Сказал я: взобраться бы мне на пальму,
Схватиться бы за ее початки;
Да будут груди твои как грозди
винограда,
Как яблоки – ароматом дышащие ноздри,
Влага нёба твоего – как доброе вино!
– Вливается прямо в любимого моего,
Легко скользя по губам спящих.
Я – для любимого моего,
И ко мне влечение его.
Приди, любимый мой,
Выйдем в поле, заночуем в селах.
Встанем рано в виноградниках,
Посмотрим, дала ли почку лоза,
Открылся ли цветок, зацвели ли гранаты?
Там подарю тебе я любовь мою.
Мандрагоры издают благоухание;
У дверей наших все плоды сладостные,
Новые и старые, сохранила я для тебя,
Любимый мой!
8
, если бы ты был мне брат,
Сосавший грудь матери моей,
Встретила бы я тебя на улице,
Целовала бы тебя –
И меня не презирали бы!
Повела бы я тебя,
Привела бы в дом матери моей,
Учил бы ты меня.
Я поила бы тебя вином пряным,
Из сока граната моего.
Левая рука его под головою моей,
Правая – меня обнимает.
Заклинаю вас, дочери Иерусалима:
не будите, не пробуждайте любовь,
пока сама не захочет.
– Кто это восходит из пустыни,
Опираясь на возлюбленного своего?!
– Под яблоней пробудила я тебя;
Там зачала тебя мать твоя,
Там, в муках рожая, родила тебя.
Положи меня печатью на сердце,
Печатью на руку.
Ибо сильна, как смерть, любовь,
Люта как преисподняя, страсть;
Пламя ее – огонь пылающий –
Пламя неистовое!
Многим водам не погасить любовь,
И реки не зальют ее;
Если кто дал бы
Все богатство дома своего за любовь –
Был бы презреннейшим.
Сестра у нас мала,
и грудей нет у нее.
Что сделаем мы для сестры нашей в день,
когда заговорит в ней?
Была бы она стеной,
мы построили бы на ней зубцы из серебра;
а была бы дверью –
заградили бы ее доскою кедровой.
А я – стена, груди мои – как башни!
Потому обрела я в глазах его благоволение!
Виноградник был у Соломона в Баал-Ѓамоне.
Отдал он виноградник сторожам;
Каждый приносил за плоды его
Тысячу серебром.
Мой виноградник принадлежит мне;
Тысяча – тебе, Соломон,
Двести – стерегущим плод его.
Живущая в садах!
Товарищи внемлют голосу твоему;
Дай мне услышать его!
Беги, любимый мой,
Уподобься газели или молодому оленю
на горах ароматов!
© Нечипуренко В.Н., 2013

Песнь песней соломона

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *