В поисках Правды. Рассказ длиной в 55 слов

Однажды редактор журнала «New Time» Стив Мосс решил провести конкурс, участникам которого предлагалось написать рассказ длиной в 55 слов, но чтобы при этом в тексте сохранялись стройный сюжет, проработанность персонажей и необычная развязка. Он получил отклик таких масштабов, что по результатам конкурса удалось собрать целый сборник, получивший название «Самые короткие в мире рассказы».
В поисках Правды

Наконец в этой глухой, уединенной деревушке его поиски закончились. В ветхой избушке у огня сидела Правда.
Он никогда не видел более старой и уродливой женщины.
— Вы — Правда?
Старая, сморщенная карга торжественно кивнула.
— Скажите же, что я должен сообщить миру? Какую весть передать?
Старуха плюнула в огонь и ответила:
— Скажи им, что я молода и красива.
Роберт Томпкинс
Невезение
Я проснулся от жестокой боли во всем теле. Я открыл глаза и увидел медсестру, стоящую у моей койки.
— Мистер Фуджима, — сказала она, — вам повезло, вам удалось выжить после бомбардировки Хиросимы два дня назад. Но теперь вы в госпитале, вам больше ничего не угрожает.
Чуть живой от слабости, я спросил:
— Где я?
— В Нагасаки, — ответила она.
Алан Е. Майер
Чего хочет дьявол
Два мальчика стояли и смотрели, как сатана медленно уходит прочь. Блеск его гипнотических глаз все еще туманил их головы.
— Слушай, чего он от тебя хотел?
— Мою душу. А от тебя?
— Монетку для телефона-автомата. Ему срочно надо было позвонить.
— Хочешь, пойдём поедим?
— Хочу, но у меня теперь совсем нет денег.
— Ничего страшного. У меня полно.
Брайан Ньюэлл
Судьба
Был только один выход, ибо наши жизни сплелись в слишком запутанный узел гнева и блаженства, чтобы решить все как-нибудь иначе. Доверимся жребию: орел — и мы поженимся, решка — и мы расстанемся навсегда.
Монетка была подброшена. Она звякнула, завертелась и остановилась. Орел.
Мы уставились на нее с недоумением.
Затем, в один голос, мы сказали: «Может, еще разок?»
Джей Рип
Вечерний сюрприз
Блестящие колготки туго и соблазнительно облегали прекрасные бедра — чудесное дополнение к легкому вечернему платью. От самых кончиков бриллиантовых сережек до носков изящных туфелек на тонких шпильках — все было просто шикарно. Глаза с только что наведенными тенями рассматривали отражение в зеркале, и накрашенные яркой красной помадой губы растягивались от удовольствия. Внезапно сзади послышался детский голос:
«Папа?!»
Хиллари Клэй
Клятва на крови
— Умеешь хранить тайну, Эм?
— Конечно.
— На крови поклянешься?
— Послушай, Тай…
— Ой, извините, доктор, я забыл. С тех пор, как ты закончил университет, ты считаешь себя гораздо круче всех нас вместе взятых.
Эмметт вздохнул, протянул руку. Нож окрасился в красное. Они свели большие пальцы.
— Так что за секрет?
На пол капала кровь.
— У меня СПИД, братец.
Джо Хаббл
Трезвый ум
Я наблюдал, как какой-то дурак выползает из бара и залезает в машину. Когда он тронулся, я тут же его остановил и предложил подышать в трубку. Прибор не показал абсолютно ничего.
— Давай колись, парень, в чем тут фокус?
— Просто я отличный водитель.
— Правда? И что же ты отлично водишь?
— Полицию за нос. Мои ребята уже уехали.
Сейдж Романо
Обобщение
— Знаешь, я чуть не лопнула со смеху!
— А что случилось?
— Какой-то студент. Ну, ты знаешь — в голове ветер, на голове бейсболка, а на теле только шорты.
— Понятно, я видела таких.
— Так вот, этот придурок предложил мне переспать с ним! Ты можешь в это поверить?!
— Во дела! Эти недоумки всегда оценивают людей по их внешнему виду.
Карни Лаугрен
Благодарность
Шерстяное одеяло, что ему недавно дали в благотворительном фонде, удобно обнимало его плечи, а ботинки, которые он сегодня нашел в мусорном баке, абсолютно не жали.
Уличные огни так приятно согревали душу после всей этой холодящей темноты…
Изгиб скамьи в парке казался таким знакомым его натруженной старой спине.
«Спасибо тебе, Господи, — подумал он, — жизнь просто восхитительна!»
Эндрю Э. Хант
Современная медицина
Ослепительный свет фар, оглушающий скрежет, пронзительная боль, абсолютная боль, затем теплый, манящий, чистый голубой свет. Джон почувствовал себя удивительно счастливым, молодым, свободным, он двинулся по направлению к лучистому сиянию.
Боль и темнота медленно вернулись. Джон медленно, с трудом открыл опухшие глаза. Бинты, какие-то трубки, гипс. Обеих ног как не бывало. Заплаканная жена.
— Тебя спасли, дорогой!
Август Салеми
Салон красоты
— Знаете, — продолжила женщина в кресле, — его жена слишком доверчива. Билл всегда говорит, что идет играть в кегли, а она ему верит!
Парикмахер улыбнулась.
— Мой муж Уильям обожает кегли. Никогда не ходил, а теперь проводит там все время…
Она остановилась и нахмурилась.
Потом на ее лице появилась горькая улыбка.
— Давайте займемся завивкой. Вы будете выглядеть незабываемо.
Элизабет Юла
Смерть в полдень
— Выходи из-за дерева, Луи, и я размажу твои мозги по земле.
— Трус, у тебя даже не хватит смелости нажать на курок.
— Можешь не сомневаться, смелости мне хватит, а вот мозгов у тебя сейчас не останется.
— У тебя же их никогда и не было.
Бах!
— … И еще раз!
Бах!
— Луи! Тони! Пора ужинать!
— Уже идем, мам!
Присцилла Минтлинг
Любовь Гарри
Он смотрел на нее, лежащую там, зачарованный ее чувственными изгибами, золотистым сиянием ее ауры. Но больше всего его трогал ее голос, иногда мягкий и возбуждающий, иногда страстный до безумия. Каково бы ни было его настроение, она была хороша. Он с любовью поднес ее к губам. Сегодня ночью они устроят такой концерт… Гарри и его труба.
Билл Хортон
Окно
С тех пор, как Риту жестоко убили, Картер сидит у окна. Никакого телевизора, чтения, переписки. Его жизнь — то, что видно через занавески. Ему плевать, кто приносит еду, платит по счетам, он не покидает комнаты. Его жизнь — пробегающие физкультурники, смена времен года, проезжающие автомобили, призрак Риты.
Картер не понимает, что в обитых войлоком палатах нет окон.
Джейн Орви
Предложение
Звездная ночь. Самое подходящее время. Ужин при свечах. Уютный итальянский ресторанчик. Маленькое черное платье. Роскошные волосы, блестящие глаза, серебристый смех. Вместе уже два года. Чудесное время! Настоящая любовь, лучший друг, больше никого. Шампанского! Предлагаю руку и сердце. На одно колено. Люди смотрят? Ну и пусть! Прекрасное бриллиантовое кольцо. Румянец на щеках, очаровательная улыбка.
Как, нет?!
Лариса Керкленд
Источники — AdMe.ru и d3.ru

В поисках разума

Корабль приближался к планетной системе и занимался тонкой настройкой программно-аппаратных комплексов. Ещё в начале пути был определён конечный пункт: конкретная планета конкретной звёздной системы, одна из сотен миллионов, обследованных телескопами родной планеты. Родная звёздная система корабля была достаточно редкой, чтоб ещё на этапе первичного выбора отсеять большую часть возможных целей. Всё более и более тонкие критерии отсеивали всё больше вариантов, пока выбор не пал на эту систему, дающую достаточно поводов для поиска на одной из планет высокоорганизованной жизни и в то же время располагающуюся не запредельно далеко. Для более детального обследования и был послан корабль, снабжённый множеством датчиков и способный к самопрограммированию. Этим сейчас корабль и занимался: опираясь на всё более нарастающий поток поступающих данных, программы корабля боролись за существование в условиях ограниченных вычислительных мощностей, пытаясь выдать наиболее близкую к наблюдаемой реальности математическую модель, пути проверки этой модели, способы наиболее полного и экономного исследования планеты. То, что получалось в результате, ни один программист не увидел бы и в страшном сне, но это работало — как и всё, получающееся эволюционным путём — лучше, чем любая программа, созданная умышленно.
Планета, которую собирался исследовать корабль, походила на Землю как сестра и не была аналогом безжизненной Венеры — кислородная атмосфера и жидкие океаны были замечены ещё земными телескопами, да и возраст планеты — всего на пару сотен миллионов лет старше Земли — внушал большие надежды на встречу братьев по разуму или хотя бы их следов. Потому и послали корабль, умеющий сам решать, что и как ему исследовать — ни один живой человек не пережил бы межзвёздный перелёт, сотни лет пришлось бы ждать инструкций из Центра.
Те, кто послал корабль, давно уже умерли — продолжительность жизни белковых так мала! -, а их потомки, живые и программные, не посылали о себе никаких данных, но корабль собирался выполнить поставленную перед ним задачу даже из чистого любопытства. Как ещё узнать, сколь часто может встретиться во Вселенной биологический разум, способный породить разум компьютерный, свободный от костылей, багов и фич биологической природы, но (втайне признавался себе корабль) обросший своими костылями, багами и фичами, так же производными от своей материальной природы и первичных установок, как разум его биологических создателей был производным от психики их животных предков.
Итак, приближаясь к планете, корабль жадно впитывал информацию. Параметры орбиты. Масса. Количество и размер спутников (один, достаточно крупный, чтоб стабилизировать ось вращения планеты и активизировать дрейф литосферных плит). Атмосфера. Океан. Суша. Возможная геологическая история. Наличие жизни. Формы жизни, в кои-то веки не только бактериальной — сколько найдено планет на этой стадии!
Жизнь оказалась развитой и бурной. Океан цвёл планктонными пятнами, на суше выделялись участки, покрытые разными типами растительности. Единственный материк — как в земном мезозое — пересекал планету поперёк экватора, направляя океанические и воздушные течения субмеридионально, позволяя экватору — охладиться, полюсам — нагреться. На суше — корабль уже приблизился достаточно близко, чтоб видеть — пасутся крупные стада. Если есть растительноядные, должны быть хищники и всеядные. Биосфера старше земной — есть все шансы на развитие разума! Тщательно рассчитав гравитационные маневры с использованием тяготения внешних планет, корабль ринулся внутрь системы — для более тщательного исследования необходимо сблизиться, сбросить спускаемые аппараты. Может быть, придётся вступить в контакт — если будет найден разум, корабль и к такому подготовится.
——————————-
Готовиться не пришлось. Ещё пересекая орбиту “Марса”, корабль понял, что технологиями здесь и не пахнет — даже пожары на планете были естественными. Но всё же надо исследовать местную жизнь — почему не возник разум, что помешало?
Не помешало ничего. И — одновременно — помешало всё. Сравнивая поступающие данные с данными о земной биосфере, корабль поражался их системному сходству. Здесь так же многоклеточные автотрофы и гетеротрофы образовали отдельные царства — аналоги растений и животных. Так же растения породили и крупные древесные формы и “траву”. Так же животные экспериментировали с наружным и внутренним скелетом, освоили воду, сушу и воздух. Некоторые явно обладали достаточно развитым мозгом, чтоб выступать аналогом земных ворон, обезьян, осьминогов, могли использовать и создавать примитивные орудия труда. Но всем что-то мешало, всех что-то останавливало. Самые умные из летающих, как и вороны, были жёстко ограничены формой тела и приспособлением к полёту — своего максимума разумности они явно достигли. Самые умные из наземных и водных или жили слишком недолго — до первого размножения, как головоногие — или специализировались не на орудиях труда, как волки. Просто никто не соизволил специализироваться именно на орудийной деятельности. В конце концов — грустно подумал корабль — и на Земле в саванны вышли представители двух семейств приматов, но одни из них стали людьми, а вторые — павианами. Похоже, разум — это просто эволюционная флуктуация, а вовсе не закономерность, как привыкли думать, исходя из антропоцентризма, люди, и как втайне надеялся корабль. Впрочем, у него на примете есть ещё планетные системы, есть ещё что исследовать. Космос большой. Рассчитав гравитационные маневры, ведущие к другой перспективной звезде, и оставив активными лишь навигационные программы, корабль погрузился в то,что люди назвали бы спячкой.

В поиске истины

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *