Комментарии 8

Задумывались ли вы когда-либо над вопросом: «какая разница между жалостью и сочувствием?». Казалось бы, эти слова так похожи между собой, а жалеть кого-то или сочувствовать одно и то же. Но нет, не одно и то же, а между жалостью и сочувствием есть огромная разница. В чем она заключается, и попытаюсь разобрать в этой статье.

Очень хорошо различия между этими 2-мя понятиями иллюстрирует прекрасная притча о рыбаке.
Представим себе рыбаками, которые идут с рыбалки, наловив полное ведро рыбы, а тут встречаем голодного, который уже пару дней ничего не ел. Конечно, можем ему помочь и дать рыбу, но завтра он опять будет голоден. А можем дать ему удочку и научить ловить рыбу.

Дать рыбу будет проявлением жалости, а дать удочку и научить ловить рыбу — проявлением сочувствия. Сочувствие и жалость, несмотря на свои сходства, имеют совершенно разную природу.
Сочувствие — одна из главных добродетелей во всех мировых религиях, является проявлением искренней любви к ближним (и дальним тоже) помноженная на мудрость. Любовь же без мудрости как раз и принимает форму жалости. «Лучше с мудрым потерять, чем с глупцом найти», — говорит народная поговорка. Люди с чрезмерными проявлениями любви, не уравновешенной мудростью часто превращаются в так называемых «насильников добром», которые не понимают, к каким ужасным последствиям могут привести их «добрые дела». Типичный пример: родители, которые во всем потакают своим детям, жалеют их, а потом из этих детей вырастает неизвестно что.

Насчет жалости, то часто она даже и не является проявлением любви к ближнему. Много людей имеют склонность жалеть самого себя. А жалость к любимому себе самому бессознательно переносится на других людей. И тогда человек даже не понимает, что жалея кого-то, в действительности жалеет сам себя. Чувство жалости к самому себе является очень деструктивным, самым типичным его проявлением является банальная лень. Причиной жалости к самому себе является гордыня и раздутое чувство собственной важности. Вот давайте вдумаемся, что мысленно произносит человек к себе, жалея сам себя: «Какой я бедный, какой я несчастный, как мне такому хорошему может так не везти, как меня могут оскорблять и т.д. и в том же духе ….»

Часто жалость становится причинами паразитизма и духовного вампиризма. Люди, которые любят постоянно жаловаться, плакаться о жизни типичные вампирчики, которые из жалости к ним других людей высасывают из последних жизненную энергию, и радуют таким мазохистским образом свою раздутую гордыню.

Сочувствие ничего не имеет общего к гордыне и жалости. Всегда главной и единственной задачей сочувствия есть конкретная и практическая помощь тем, кто в ней нуждается. Порой из сочувствия надо даже кому-то сделать больно. (Когда это необходимо, чтобы помочь человеку) Мудрые родители иногда в воспитательных планах могут применить и ремня к своим непослушным детям, но такое применение детям будет весьма полезно. (Надеюсь, в Украине не примут жуткий закон о ювениальной юстиции). Дзенские мастера (в традиции дзен-буддизма) были очень сострадательны и только с искреннего сочувствия и любви дубасили монахов палками, вгоняя тех в просветления.

Настоящее сочувствие никого не жалеет, но всегда помогает. В завершение желаю всем побольше сочувствия и чем по меньше жалости (в любом виде).

Мне их не жаль!

В Библии слово «жалость» встречается лишь один раз в Ветхом Завете в Книге пророка Осии. Позволю себе предположить, что это неслучайно. Тот, кого мы называем отцом лжи, жалостью подменил милосердие, потому что последнее требует ответственности и призывает к труду, жалость ни к чему не обязывает, она не подталкивает к деятельности. Жалость – подмена любви

Давным-давно, когда о детях из детских домов я знала лишь понаслышке, мне было ужасно их жалко. Хотелось кого-нибудь усыновить. Наверное, хорошо, что желание, которое сейчас я назвала бы порывом, столкнулось, как говорится, с обстоятельствами непреодолимой силы. Усыновлять ребенка из жалости нельзя.

Со временем в моей жизни стали появляться вполне конкретные воспитанники детских домов – одноклассники собственных детей, потом ученики. Я никогда не стремилась узнать о том, почему они попали в сиротские заведения, но, тем не менее, иногда мне рассказывали подробности их жизни. Было грустно, но я заставила чувство жалости к ним сначала отойти на второй план, а потом и вовсе исчезнуть, потому что поняла вдруг, что оно мешает мне.

Я не имею права жалеть этих детей, потому что, жалея, ставлю их в исключительное положение по отношению к другим детям. Но будет ли так дальше в их жизни? Будут ли вступительные экзамены в училище или институт оцениваться комиссией с учетом того, что когда-то ребенка бросила мама? Будет ли будущий начальник делать скидку на то, что он вырос не в семье?

Я знаю, что им трудно, но не снижаю для них требований и не завышаю оценок. И, кроме того, они хитрецы. Нередко понимают, что могут «продавить» взрослого, заставить жалеть и делать скидки. Кому-то тяжело учить стихи, но я заставляю его делать это, ставя изо дня в день двойки:
— Почему не выучил?
— Не могу, слишком длинное.
— Выучи до завтра четверть, а потом еще, и еще, и еще
Спрашиваешь каждый день по кусочку, и к концу недели он получает, например, четверку. Если бы я стала действовать из жалости, то сразу поставила тройку. Но он не уважал бы меня и, главное, не научился уважать себя.

Когда мальчик, про которого когда-то говорили, что он необучаем, осваивает правило написания Н и НН в суффиксах причастий и отглагольных прилагательных просто потому, что знает, что требуют с него наравне со всеми, это дорогого стоит. Он, получив положительный результат по самостоятельной работе, приходит на следующий урок другим человеком. А урок этот уже не русский язык, а литература, но он, всегда молчавший и рисовавший в течение 40 минут козявки на полях тетради, вдруг поднимает руку. Ему хочется ответить, он знает, что может. Как пишут в рекламе: «Он этого достоин!» — достоин высказать свою точку зрения.

Интересно, что именно в этот день мы читаем и обсуждаем рассказ О.Генри «Дары волхвов».
— Что же подарили друг другу герои произведения? – спрашиваю я в конце урока.
— Гребни и цепочку. Бесполезные подарки. Ненужные вещи, — наперебой высказываются все.
— Любовь, — говорит он.

Наверное, для кого-то моя точка зрения покажется крамольной, но я уверена, жалость мешает по-настоящему любить. Она делает из доброго добренького, из справедливого справедливенького, из красивого красивенького. Уменьшительно-ласкательный суффикс как бы отнимает качество, придает слову противоположный смысл.

Интересно, что в Библии слово «жалость» встречается лишь один раз в Ветхом Завете в Книге пророка Осии. Позволю себе предположить, что это неслучайно. Тот, кого мы называем отцом лжи, жалостью подменил милосердие, потому что последнее требует ответственности и призывает к труду, жалость же ни к чему не обязывает, она не подталкивает к деятельности. Жалость – подмена любви.

Анастасия ОТРОЩЕНКО

Об авторе:
Анастасия Отрощенко — многодетная мама,
учитель русского языка и литературы в Димитриевской школе.
Работала редактором программы на радиостанции «Радонеж», редактором рубрики ряда современных журналов различной тематики, литературным редактором в издательстве.
Читать предыдущий выпуск колонки Анастасии Отрощенко

Сострадание и Сочувствие — это способность души сопереживать, то есть понимать чувства другого человека, понимать то, что происходит у него в душе (понимать и сопереживать его победам и радостям, страданиям и боли).

Задумывались ли вы над тем, в чем отличие сострадания и жалости? Ведь чаще всего люди именно «жалеют» кого-то…

И хорошо ли это — жалеть кого-то, жалеть себя? Задавались ли Вы когда-нибудь вопросом: почему я людей жалею, многим помогаю, а в ответ только получаю лишние проблемы и никакой благодарности?

Давайте сегодня попробуем разобраться с этим подробнее.

В чем различие между состраданием и жалостью? Как понять и почувствовать ту тонкую грань, которая разделяет эти две сопереживающих реакции? Думаю, что каждому было бы полезно задать себе подобный вопрос и понять для себя значения этих двух понятий.

На первый взгляд это одно и тоже, просто сопровождается различным эмоциональным подтекстом. Сострадание — нечто более высокое, идущее из глубин души, а жалость там, где страх и боль.

Сострадание — это то, что в итоге помогает душе того, кому мы помогаем, стать лучше и развиться. И в итоге это воздается свыше тому, кто наделен состраданием.

А жалость — это то, что в итоге губит душу того, кому мы помогаем из жалости. А если это идет во вред другим, то и воздается человеку «по заслугам», т. е. притягивает в его жизнь проблемы.

Сострадание — это способность к сопереживанию, способность точно определить эмоциональное состояние другого человека и понять, что с ним происходит. Сострадание — это умение при любых условиях действовать так, чтобы причинять как можно меньше вреда окружающим существам.

Жалость же — это по своей сути констатация слабости, неспособности или «ущербности» другого существа по сравнению с собой, констатация его страданий с некоторой дистанции.

Жалость порождает поток разрушительной энергии, потому что жалея, человек обычно признаёт ущербность объекта жалости, его неспособность самостоятельно выйти из сложных ситуаций, в конце концов — жалость — это признание за другим положения жертвы: «Бедненький, несчастненький, как тебе плохо…» и этот образ вкладывается в чувство жалости.

Очень простой пример диалога…

— Как мы жалеем человека. Вот человека надо пожалеть… как ты определяешь, что ему плохо?

— Себя поставить на его место.

— Ну конечно, мы ставим себя на его место. Значит, кого жалеем-то? Себя. А жалось к себе, это не то, чтобы плохо. Жалость к себе — это как труба, через которую вылетает вся энергия. Вот какая бы энергия ни была, в тот момент, когда жалеешь себя, она сделала ручкой и ф-и-и-и-ть — как в унитаз. Энергия ушла! А-а-а-… бедный я бедный, вот и я также буду стоять… и буду руку протягивать, меня никто не любит, никто не подаст монеточку. Бедный, я бедный! Только ты не думаешь «Бедный я бедный», ты думаешь «Бедная бабушка бедная».

А это — то же самое. Когда ты жалеешь людей, ты ставишь себя на их место, по сути ты себя жалеешь. И жалость, она всегда из такого… ну с одной стороны чувства превосходства, потому что ты-то сейчас не у церкви стоишь и не просишь денег. Значит ты лучше, чем она. Но ты ставишь себя на ее место, и ты пожалел собой сверху, себя снизу. И жалость, из-за того, что она лишает тебя силы, не дает тебе возможности адекватного взаимодействия.

Например, ты думаешь, что ей плохо, а она, может быть, собирает на машину. И ей очень хорошо. И она не знает, как еще на машину заработать в ее возрасте.

А может быть, она действительно голодная, может быть, ее надо накормить. Потому что придет чувак какой-нибудь, и отберет у нее деньги. Она стоит, а он приходит потом, забирает у нее деньги, дает тумака и все.

А может ее просто покормить надо. А почувствовать это можно, если ты ей сострадаешь. Не жалеешь ее, а сострадаешь. То есть ты настраиваешься на нее, чувствуешь ее как продолжение себя, ты чувствуешь ее состояние. И вот из этого сочувствия, из этого сострадания, ты чувствуешь, что будет лучшим для нее.

Может лучше просто пройти мимо, потому что это не на пользу, все ее сборы денег не на пользу.

Понимаете? И тогда нет жалости, есть сострадание. А сострадание всегда проявляется в адекватной форме, наиболее адекватной. Иногда сострадание это… как хирург на операции, сострадание хирурга. Он не жалеет пациента. Представьте «Ой-ой-ой, ой как сейчас мне будет больно! Ой-ой, лучше не резать сильно!» Как ему больно будет.

Сострадание хирурга, это когда он действует собрано и точно. Иначе пациенту будет только хуже. Так вот это сострадание действием. И это самое эффективное.

Жалость приучает к слабости и бездействию. Жалея себя, человек часто с удовольствием делится личной ношей с окружающими, перекладывает на кого-то ответственность за свои действия, требуя понимания или поддержки.

Человеку одинаково плохо и когда у него действительно что-то болит, и когда всего лишь не реализуется какая-то его прихоть. Человек приучается, чуть что, жалеть себя изо всех сил, даже сам не понимая, что его страдание не столь велико, насколько он его изображает. И более того, утешение для него нередко важнее, чем решение проблемы, из-за которой ему стало плохо.

И вместо того, чтобы быть сильным и самостоятельным, человек живет слабым и зависимым — потому что за всю свою жизнь, по большому счету, ничего не делает самостоятельно. А тот, кто его жалеет, помогает ему оставаться в этом состоянии как можно дольше.

Жалость это грех

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *